Книга Имперский вор. Том 3, страница 110 – Дмитрий Ра

— Врёте, – зло шепчет она. – Значит, так, князь. Я ничего никому не скажу. Но и вам не расскажу тоже. А мне есть что рассказать! Это я разлом урывками помню. А вот всё остальное – отлично. И раз вы меня отцу отдали, а не тем ублюдкам – то, значит, вы в разломе какое-то следствие вели против них. И я знаю, что в разлом ходить можно, можно!

— Ну что вы, какое следствие? Против кого следствие?

— Да если б я знала! Они отца шантажировали, да? Иначе бы ведь меня убили. Я боюсь, что он не отмоется, если узнают. Потому что там такая дрянь…

Ольга Назарова не сказала мне практически ничего. Но понятно, что она может быть очень ценным свидетелем. Ублюдки, о которых она говорит, – из «Братства свободных».

Матвей сказал, что заговор будет раскрыт на осеннем балу у императора. Значит, сейчас свидетели уже не особо нужны. А потом они будут нужны разве что для уточнений приговоров.

А вот мне свидетель моего пребывания в разломе не нужен совсем. Ни сейчас, ни потом. Но не убивать же её…

— Вы бредите, Ольга, – уверенно повторяю я.

— Сам ты дебил, – цедит она.

— Расскажите всё отцу. У меня вот нет секретов от князя Назарова.

— Я буду болеть ещё пару недель, – говорит она. – Меньше не выйдет. А потом я тебя найду, князь. Ты или герой, или чудовище. И я хочу знать, что грозит мне и моему отцу. А теперь зови телохранителей и говори, что мне плохо. Папа! – вдруг кричит она. – Папочка!

И вцепляется в меня ещё крепче.

Свободной рукой отчаянно машу мужикам, и они бегут к качелям.

А княжна Назарова продолжает представление: начинает рыдать и вопить уже в голос:

— Папочка, не бросай меня! Папа, папа!

Оторвать её от меня получается с трудом.

Коротко объясняю:

— Она решила, что я её отец.

К нам со всех ног летит Назаров.

Княжну кое-как успокаивают и уносят в дом. Она при этом вцепляется в одного из быков, называя папой уже его. А Назаров скомканно прощается со мной.

— Я понял, что всё плохо, – вздыхает он. – Простите за эту сцену, Никита.

— Она не виновата, как и вы. Зовите, если опять понадоблюсь.

— Да-да, спасибо. Но видите, у неё от вашего разговора припадок какой-то…

Он машет рукой и уходит.

А я еду в клуб «Золотой гранат», куда должны подойти мои парни, и пытаюсь выбросить Ольгу Назарову из головы.

Вряд ли отец выпустит её из особняка и через две недели.

Не узнать девчонке, герой я или чудовище. Оно и к лучшему.

⁂

Кабинет его величества Александра Третьего

Граф Владимир Горчаков уже час ждал императора. И это было плохим знаком. Обычно Александр Третий не заставлял подданных переминаться с ноги на ногу в пустом кабинете.

Граф обвёл кабинет взглядом. Он был тут много раз, и каждая деталь, включая подаренную им самим картину в тематике морских сражений, была давным-давно знакома.

Заложив руки за спину, он принялся мерить кабинет ногами.

Десять широких шагов от тяжёлого дивана тёмно-синей кожи до рабочего стола из наборного дерева с бронзовой отделкой. Ещё шесть – от стола до огромного панорамного окна, выходящего в Александровский сад.

Западную стену кабинета занимали многочисленные этажерки с книгами. И это – несмотря на современный ноутбук, открытый на императорском столе.

— Его величество император России Александр Третий! – раздался голос гвардейца за дверью.

Она распахнулась, и император вошёл в кабинет.