Книга Имперский вор. Том 1, страница 49 – Дмитрий Ра

Взглядом пытаюсь убить руку Шанкры. Тварь не убивается. Наоборот: вытягивается и двумя пальцами подхватывает бляху. Потом происходит что-то вообще странное: бляха вспыхивает тёмным пламенем и тупо исчезает.

— Ты чего такой бледный? – интересуется Токсин, делая попытку обернуться и посмотреть туда, куда пялюсь я.

— Это… наверняка ж разломы можно и магией закрыть? – предполагаю я, заставляя себя не смотреть на наглую тварь.

— Огнём лучше всего закрывать… – вздыхает вдруг Токсин. – Но так-то любой дар не помешает. Если б мне родовые техники… я бы жизнь положил на их развитие. Чтобы разломы закрывать.

— Может, без родовых обойдёмся, – говорю, а сам чувствую что-то непонятное. Такое… мягкое прикосновение. Смотреть под стол не рискую – и так понятно, что божественная рука проползла под столами и теперь дёргает меня за штанину.

— Если поможешь – проси чего хочешь, – кивает Токсин. – На самом деле мне есть чем заплатить за твою помощь. Но об этом поговорим не здесь.

Уже знаю, что у него так погиб дед по материнской линии. Не ушёл от твари из разлома.

И крайне сожалею, что у меня света больше нет. Токсин и сам не знает, насколько прав: магия света способна на многое. Вот в даре иллюзий я что-то сомневаюсь…

Неправильно тут всё, вот что. Но вдруг я сумею пристроить к этому делу тьму?

— Пошли? – поднимается Ильин.

— Вы идите, а я… приду чуть позже, – отказываюсь, ощущая, что подергивания становятся всё наглее. – И нет, меня ждать не надо. У меня… аргх, бл… дела.

Когда парни уходят, наклоняюсь под стол и пытаюсь сковырнуть наглую тварь, которая залезла в штанину и уже впилась всеми своими кольцами-браслетами в район ляжки. Куда лезешь, сука?

Очень быстро понимаю, что отодрать руку можно лишь с куском ноги. Причём чем больше я стараюсь, тем выше она лезет. Убери пальцы, извращенка!

Так что одёргиваю штанину и топаю в казарму – определять в неё нового жильца.

Вот не было беды – поймал гоблин тритониху!

Мою «тритониху» даже на жарёху не пустишь. Зато огрести за неё можно так, что мама не горюй…

* * *

Через неделю после начала занятий в лагере наконец случается хоть что-то новенькое.

Пустяк, на самом деле. Но он вносит в наш быт хоть какое-то разнообразие.

— Кандидат Бородин! – как-то очень весело сообщает влетевший в столовку сержант Беляев. – Вам разрешено получасовое свидание!

Поднявшегося Токсина провожают завистливыми взглядами.

— Мамуля конфеток привезла! – нарочито тонким голосом пищит в полной тишине Палей.

Ржут все – но как-то нерадостно. Страшная штука – зависть. Лично я ярко представляю своего камердинера, который едва удерживает в руках полный пакет пирожков. И копчёной рыбы. И чего-нибудь сладкого, тут Палей прав. Никогда я не любил бабскую еду, но здесь её почему-то хочется так, что мозг плавится.

Кстати, за неделю моего пребывания в лагере Матвей не появился ни разу. И если рассказывать ему о тьме Карха я не собираюсь, то вот узнать о моих новообретённых врагах лишним не будет.

Мысленно делаю себе зарубку выяснить, где находится мой камердинер, и припахать его к прямой обязанности: заботе о тушке Никиты. Пусть и правда пожрать привезёт, что ли.

Нет, понятно, что трудности закаляют характер, а перловка с овсянкой страшно полезны. Но гарпячьи кишки! Сто килограмм кишок за пирожное я бы отдал, не задумываясь!