Книга Имперский вор. Том 1, страница 19 – Дмитрий Ра

В общем, вылили мы этого божественного «змея» в один из бассейнов… Только вместо золотых россыпей из термальных источников внезапно начал бить чистый спирт. То ли тварь не надо было заспиртовывать – у Дориана-то она в золотом сундучке сидела, то ли приятель чего перепутал.

Догуляли тогда знатно. Вот только змея Дориан себе так и не вернул: инквизиция быстренько признала источники народным достоянием. Там теперь даже грамота висит.

А спирт там не перевёлся до сих пор. Инквизиция сто раз озолотилась.

Но это я к чему? Никогда не знаешь, какую шутку с тобой сыграет фигня с приставкой «божественное». Тут прежде чем что-то делать, надо сто раз отмерить.

Оставлю как запасной план. В любом случае придётся найти возможность держать её на коротком поводке. Кстати, ходят слухи, что конечности Шанкры обладают зачатками разума. Если это правда – можно попытаться сделать из неё нечто большее, чем чесалка для Шанкровых колокольчиков…

Ух, опять понесло куда-то не в ту сторону.

Может, придумать ей имя?

— Никита! – снова раздаётся за дверью голос Танечки. – Александр Васильевич злиться будет! Все только тебя ждут…

Вот же гарпячий навоз… Умудрился забыть. Оглядываю разодранную толстовку. Надо бы переодеться.

— Уже иду! – кричу, поспешно открывая шкаф и рывком вытаскивая из каких-то штанов узкий ремень.

Обматываю ремнём кокон с Шанкровой конечностью, затягиваю плотнее пряжку и, найдя в глубине шкафа сумку с непривычной застёжкой «молнией», для верности утрамбовываю тварь ещё и туда. Всё равно ведь выберется… Но, может быть, хотя бы не сразу. Успею показаться на «семейном» завтраке.

Стаскиваю через голову лохмотья, выбираю и натягиваю что-то очередное безразмерное и невнятно-серое. С длинными рукавами, потому что рука до плеча – словно в следах от присосок осьминога.

Глядя в зеркальную дверь, быстро приглаживаю волосы и закрываю дверь шкафа на защёлку. Ещё одна преграда для божественной длани. Потом вытаскиваю стул из-под дверной ручки.

Всё. Ник Каменский готов к встрече с домочадцами. Интересно посмотреть на тех, с кем придётся жить. Да, в памяти Ника есть эти люди, но, как показал опыт, даже на Матвея пацан смотрел как на обычного камердинера, пусть и мага. Мне же глазами инквизитора было ясно видно, что слово «обычный» с этим человеком и рядом не стояло. Матвей – воин, причём высокого уровня.

Поэтому интересно, какие сюрпризы преподнесёт графская семья.

* * *

Пока иду в столовую, Танечка зачем-то идёт рядом. При свете дня она ещё аппетитнее. Из-за жутких этих шмоток фигуру не оценить, но фартук демонстрирует тонкую талию. Интересно, как там с грудью?..

Сиськи Теи! Да, вот на них я бы посмотрел подробнее. Не на божьи, конечно (неохота мараться, Тея даже троллями не брезговала), а на Танечкины. Не помешало бы сбросить скопившееся напряжение, да и Никита ей точно нравится…

Но сейчас не до симпатяшки горничной.

— Опоздаешь к обеду – сидишь голодный, – говорит граф, когда я захожу в столовую, и кидает взгляд на единственный пустой стул. Не иначе, кабанчику сегодня придётся голодать.

М-да, старший Хатуров точно ни разу не филантроп.

Терпеть не могу традицию питаться всем семейством. Да и привычки нет. Первое, чему учат в армейке, – это тому, что за жратвой легко выведать у врага любые секреты. Прибавить пару литров достойного бухла – и даже пытать не надо. Сам всё расскажет.