Книга Имперский вор. Том 7, страница 84 – Дмитрий Ра

— И если мы найдём того, кто поставил блок…

То найдём ниточку, ведущую к Колдуну.

Смотрим друг на друга и одновременно срываемся к дверям.

Слышу, как за моей спиной Крайт немедленно прыгает на кровать.

* * *

Князь Львов смотрит на нас с Лексом так, словно мы сообщаем ему о спустившейся на плац Императорского училища летающей тарелке. И мягко так улыбается при этом.

— Мне кажется, молодые люди, что ваше участие в некоторых государственных делах… — говорит он наконец, — мм… вызвало у обоих лёгкую паранойю.

Ну, не без того, конечно.

— Николай Михайлович, а это не вы всего полгода назад просили меня внимательно наблюдать за тем, что вокруг меня происходит? — интересуюсь я. — Вот я и наблюдаю.

— Это похвально, Никита. И твои наблюдения действительно приносят немалую пользу. Но предположить, что на мне, недурном менталисте, стоит блок, о котором я не знаю… — Старший Львов качает головой. — Тем более по такому странному поводу. Источник рода Каменских, подумать только. Ну сам посуди — для чего бы мне знать или не знать, где он находится? Твой отец вот тоже моим источником совершенно не интересовался. Я светлый, он тёмный… — Львов разводит руками. — Или ты подозреваешь меня в том, что я скрываю местонахождение твоего источника?

— Вы не поняли, Николай Михайлович. Источник я давно нашёл. Но вы тоже знаете, где он. И блок на вас стоит именно по этому поводу.

— С чего ты это взял?

— С того, что на моей памяти тоже стоял блок. Как раз на инфу об источнике и тех людях, которые знают, где он находится. Один из них — вы. Алексей сумел снять с меня этот блок, и теперь я знаю, что вы были там, возили моего отца, когда он получил сильное магическое истощение.

Князь смотрит недоверчиво, и я добавляю:

— После происшествия на Алтае. Об Алтае мне Соболев рассказал.

— Зачем… — бормочет глава Тайной канцелярии. — Стас не хотел, чтобы дети знали об этом…

— Почему, пап? — спрашивает Лекс. — Что здесь секретного?

Да, историей наших отцов я тоже с Лексом поделился. И тоже не понимаю, почему они делали из этого тайну.

— Говорю же, отец Никиты не хотел. Не хотел, чтобы вы, наши дети, знали, чем мы все ему обязаны.

— А я понял, — хмыкает Лекс. — Чтобы мы не дружили потому, что обязаны это делать.

— Давайте оставим все эти философские проблемы в прошлом, — вмешиваюсь я. — Вот вообще не время выяснять. Николай Михайлович, повторяю: вы были на источнике Каменских. Мне об этом отец говорил. И потому вас и Лекса вычеркнули из моей памяти. Вот свидетель, — указываю на Лекса. — Я думал, что познакомился с ним только прошлым летом, в лагере.

— А почему ты мне об этом не сказал? — очень ласково спрашивает Львов-старший сына.

Не даю Лексу ответить:

— Об этом позже поговорите. А сейчас пусть Алексей посмотрит, нет ли на вас блока.

— Блока… — задумчиво повторяет князь. — На мне. Пусть даже такой мелкий, но — на мне! Ну, если вы и правы, так не Алексею это выяснять. Мне, молодые люди, есть к кому обратиться.

— А я бы не стал ни к кому обращаться, — замечаю, в упор на него глядя.

— Никита, ну это уже в самом деле какие-то шпионские игры! — отрезает Львов.

Усмехаюсь:

— Да хоть как называйте. Но вдруг мы правы и блок есть? У вас не возникает вопроса, кто именно его поставил? Уж не тот ли менталист, к которому вы хотите обратиться?