Книга Рыжая Соня и Тень Сёгуна, страница 35 – Владлен Багрянцев

— Марико, Бату — проверьте второй этаж! Бьорн — держи вход!

Внутри царил хаос. Соня столкнулась с тремя защитниками в коридоре. Теснота играла ей на руку — их длинные мечи цеплялись за стены, а ее короткий клинок жалил быстро и точно.

Очистив дом, они выбрались на крышу. Отсюда открывался вид на горящий город. Это было страшное и величественное зрелище. Море огня, в котором тонули черные крыши, и везде — на площадях, мостах, в садах — кипела битва. Знамена Сёгуната медленно, дюйм за дюймом, продвигались к цитадели в центре города, но защитники дрались с отчаянием обреченных.

— Мы внутри, — прохрипела Соня, вытирая клинок о край рукава. — Но до победы еще далеко. Эту ночь переживут не все.

Внизу, на улице, прогрохотала еще одна группа солдат Сёгуна, таща за собой небольшую полевую пушку, чтобы выбить двери храма, где засел враг.

Соня смотрела на это и понимала: пушки открыли ворота, но брать город придется по старинке — кровью, потом и сталью. И в этом кровавом ремесле ей все еще не было равных.

Битва внутри Курогане-Кё превратилась в кровавый лабиринт. Улицы, заваленные горящими балками и телами, стали ареной для сотен мелких стычек. Дым от черного пороха смешивался с запахом горелой плоти, создавая удушливую завесу, в которой свои убивали своих.

Соня потеряла счет времени. Она знала только ритм: удар, блок, рывок. Ее доспехи были покрыты слоем сажи и чужой крови, нагината давно сломалась, и теперь она орудовала трофейным копьем-яри и своим верным вакидзаси.

«Волки Тору» медленно, но верно теснили защитников к цитадели — последнему оплоту сопротивления.

На площади перед храмом предков, где статуи древних героев бесстрастно взирали на резню, путь им преградил последний заслон. Элита гвардии Курогане.

Их вел сам генерал гарнизона — даймё Акамацу. Это был великан в роскошных доспехах, покрытых золотым лаком. Его шлем украшали огромные рога буйвола, а в руках он сжимал но-дати — двуручный меч невероятной длины.

Он двигался с пугающей скоростью для человека в такой тяжелой броне. Одним взмахом он разрубил пополам солдата-асигару, осмелившегося подойти слишком близко.

— Кто осмелится скрестить мечи с Акамацу?! — проревел он, и его голос перекрыл треск пожара. — Выходите, псы узурпатора! Я отправлю вас всех в Дзигоку!

Соня вышла вперед, перешагивая через трупы.

— Слишком много болтаешь, Золотой Мальчик, — бросила она, сплевывая кровавую слюну на брусчатку. — Твой город горит. Твой «император» бежал. Пора и тебе на покой.

Акамацу развернулся к ней. Увидев женщину, он презрительно фыркнул под маской.

— Девчонка? Тору присылает шлюх сражаться за него?

Больше он ничего не успел сказать. Соня метнула в него копье. Акамацу легко отбил его своим огромным клинком, но это был лишь отвлекающий маневр.

Соня уже была в воздухе. Используя обломок колонны как трамплин, она прыгнула на него сверху, занося вакидзаси.

Генерал успел поднять меч для блока. Сталь ударила о сталь, высекая искры. Сила удара была такова, что Акамацу подогнул колени. Соня, не теряя инерции, соскользнула влево, уходя из-под ответного удара, который расколол каменную плиту там, где она только что стояла.

Поединок был яростным. Но-дати генерала свистел в воздухе, рассекая пространство, но Соня была быстрее. Она кружила вокруг неповоротливого гиганта, нанося жалящие удары по сочленениям доспехов.