Книга Кланы. Суд ёкаев, страница 21 – Александра Гардт

Неугомонная Нари уже сидела в кресле, и новенький с ней громко препирался:

— …выбрали судью без моего одобрения? Может, она у вас уже на привязи?

Я хотела было возмутиться, но Ямато принялся усаживать меня, совершенно лишив пространства для маневра.

— Циньшань, не неси ерунду. – Нари рассмеялась и посмотрела на него ласково. – Мы предложили кандидатуру, вернее, предложили ей, она согласилась, ты можешь отказаться, дело твое. Да сам знаешь, хоть десять раз передумай.

— Нари, милая, – отозвался тот серьезно и без капли сарказма. – Вот представь, представители двух сильнейших кланов сошлись во мнении, а теперь я, значит, отказывайся. Нет, учитывая ситуацию, могу и отказаться. Но резни я тоже не хочу.

— Нина – случайный человек, – подал голос Чжаён. – Просто так вышло, что именно ее указали некоторые признаки, совпали кое-какие моменты. Да и подошла она идеально. Уверен, что судить будет беспристрастно.

— Разумеется! – А на этот раз яда и иронии было не занимать. – Особенно когда глава одного из кланов – Мидзуно.

Ямато, усевшийся рядом со мной, только фыркнул:

— Конечно, темный маг, рассказывай про то, какое я влияние имею на девушек. А про то, что можешь ты, умолчи, забудь.

Циньшань сжал кулаки в бессильной злобе, закусил нижнюю губу.

— Эй, эй, поосторожнее, – к чему-то попросила Нари.

— Нина, – проговорил Циньшань так, будто в комнате никого, кроме нас двоих, не было. – Послушайте, я посмотрел на вас, вы вроде бы хороший человек. Но скажите мне такую вещь, Нина, вы обещаете мне, Ямато, Нари, Чжаёну, в конце концов, а также любому представителю наших кланов, и не наших тоже, разобраться в беде и судить честно и неподкупно?

Я едва сумела не посмотреть на Ямато и кивнула.

— Тогда вас бы надо за книги посадить.

— Какие книги? – ядовито прошелестел Ямато. – Какие книги, маг, поимей совесть. Гуэй твой, значит, написал на нашей девушке иероглиф обладания, а ты предлагаешь Нину за книги?

— Ямато, успокойся. Девушка – не ваша. А что спит с ёкаем, так это десятый вопрос. Она наша.

— Циньшань, если ты сейчас не заткнешься…

— Мальчики, мальчики, – замахала руками Нари. – Давайте введем Нину в курс дела. А драться будем уже потом.

Ямато закатил глаза, но все-таки умолк, и Нари начала рассказывать.

Очень хотелось позвонить Маринке и горько разрыдаться. Или хотя бы панически заорать в трубку, как перед госом: «Мы все умрем, Александров в комиссии, он влепит тройбан – и поминай как звали!» Только тут не вопрос красного диплома решался. На кону стояла человеческая жизнь, а я тихо ловила приступ паники в ванной комнате самой обыкновенной трехкомнатной квартиры где-то около Курского вокзала. На мгновение даже мелькнула безумная мысль: вскочить в любой поезд и рвануть подальше, а эти четверо пусть сами мучаются. Найдут ответственного. Что, мало умных на свете?

В дверь тихо поскреблись. Наверняка Чжаён – пришел волноваться и уточнять, все ли со мной в порядке. Конечно, все в порядке, только сердце стучит как безумное.

— Нина? – позвали снаружи.

Я даже за края раковины схватилась, сглатывая непрошеные слезы.

— Нина, ответь, пожалуйста.

Я посмотрела в зеркало; картинка была еще та: заплаканная, тушь потекла, нос красный.

— Нина, я ведь дверь сломаю.

Никакой это был не Чжаён. Ямато собственной персоной – с мрачными закидонами и жеманным построением фраз.