Онлайн книга «Моя Святая Земля»
|
— Перегорела, — пробормотал Кирилл озадаченно, но тут же вспомнил о содрогающемся бифштексе. — Тьфу на тебя, Сэдрик! Ты не говорил, что твоё сильное колдунство распространяется на электричество. Из темноты раздался Сэдриков смешок. — Я только что сказал, что не уверен. Но точно не знал. Кирилл включил люстру. Сэдрик наблюдал за ним с саркастической ухмылкой. Клёпа бодала его в локоть. Кирилл оставил их ласкаться и сходил за запасной лампочкой. Вернувшись, застал Клёпу, растянувшуюся на коленях Сэдрика пузом кверху, урчащую, как холодильник советского производства. — Тебя, оказывается, любят кошки, — заметил Кирилл. — Вообще-то, не так уж они меня любят, — сказал Сэдрик. — Просто у твоей кошки равновесие нарушено — вот её и тянет на тёмное. Кошки живут между мирами, все это знают, а твоя может жить только здесь. Надеется научиться перебираться через грань с моей помощью, шельма. Перебраться за грань, подумал Кирилл, ощущая нечто очень похожее на тот пружинный взвод нервов, который находит, когда держишь в руках билеты на сегодняшний самолёт. Но через миг «охота к перемене мест» отпустила и отступила — пока. Кирилл заменил лампочку, и Сэдрик внимательно наблюдал. Он рассмотрел перегоревшую лампочку у Кирилла в руках, но сам не дотронулся, а у Кирилла хватило сообразительности не продолжать опыты с предметами, имеющими отношение к электричеству. Кирилл думал о кошках, живущих между мирами — и ему в голову неожиданно пришла странная, почти пугающая мысль. — Слушай, Сэдрик, — сказал он, — а в мире, откуда мы родом, есть такие же кошки? Вот такие же, как Клёпа? — Чудной ты, государь, — хмыкнул Сэдрик. — Конечно. Такие же кошки. Такие же собаки. Такие же люди. Вот купец с женой тебя воспитывали — и им даже в голову не пришло, что ты нездешний. Так ведь? — И птицы? — спросил Кирилл. — И деревья? — И трава, — кивнул Сэдрик. — И кусты. И небо. А в чём беда? Кирилл потёр лоб. — Беда в том, что, по-моему, этого не может быть. Где он, наш мир, ну, наш дом? Вот в пространстве — где? На другой планете? Или как? — Почему — на другой? — удивился Сэдрик. — На этой. Что за вопрос! А где ад и рай? — Понятия не имею, — признался Кирилл откровенно. — Поймёшь, когда будем переходить. Нам придётся спуститься на ступеньку вниз. А я поднимался. Понимаешь? — Нет… — Лестница, — Сэдрик взмахнул здоровой рукой. — Ад — самый низ. Рай — самый верх. А этот мир или наш — просто ступеньки. — То есть, ты хочешь сказать, — осенило Кирилла, — что все эти миры, с раем и адом — это ступени одного мира? Отражения? Тени? — Не отражения, — возразил Сэдрик. — Они же разные. Государь, а можно что-нибудь съесть? Ещё яйцо, а? Бедный голодный Сэдрик, подумал Кирилл. Он меня не будил… а мне даже в голову не пришло, что ему должно хотеться есть. Зажрался я здесь. — Пойдём завтракать, — сказал он, но по дороге на кухню и уже там, роясь в холодильнике в поисках чего-нибудь, что не покажется таинственному дару Сэдрика «кусками трупов», продолжал расспросы, не в силах остановиться. — Но в вашем мире ещё короли… всадники на лошадях… Газовая плита, ванная и унитаз тебе внове… — И в чём беда? — Ни самолётов, ни автомобилей, ни компьютеров… — Ну да, — кивнул Сэдрик. — Я даже эти слова не понимаю. Зато наверняка там есть такое, чего в этом мире нет. Логично? |