Онлайн книга «Моя Святая Земля»
|
— Не трогай, — шепнул Сэдрик. — Выгонят сейчас к бесу. Или хуже — вдруг чудо? Как мы объясним? Эральд убрал руку, взглянул в отстранённое лицо Бога и встряхнулся. — Верно. Где бы спрятаться до завтра? Кругом толпа… — Нужен ты им. Эральд окинул взглядом высоченный храмовый придел. Зал был огромен и пуст, просматривался насквозь; кроме алтаря и ниш, в которых стояли мраморные статуи, деться было абсолютно некуда. Купол уходил в сумеречную высь. — Интересно, — сказал Эральд, — а есть лестница на башню? — Много чего тут есть. Тут подземный ход где-то есть, тайный, говорят — а вот где… А зачем вообще оставаться тут? В храме ночевать — рискованно, знаешь ли. Вот решит стража узурпатора тут пошарить на всякий случай… — Надо остаться в храме. Завтра, во время обряда, мы не пробьёмся сквозь толпу — а ещё и охрана, наверное, будет. Нас просто не подпустят к Алвину. Подошёл пожилой монах, держащий в руках пучок перьев на палочке — ими он вычищал пыль с тех частей храмовой утвари, которые нельзя было просто протереть тряпочкой из-за труднодоступности. — Чего взыскуете тут нынче, отроки? — спросил он хмуро. — Не время. — Молимся за счастье принцессы, святой человек, — сказал Эральд. — Самое время, мне кажется. На лицо монаха, и без того мрачное, пала тень. — И истинно — ни место, ни время, ни расположение светил небесных не благоволят… Что тебе принцесса, дитя Божье? Не твоего ума дело. Выпей завтра вина, а нынче — иди себе с миром. — Послушайте, святой человек, — вдруг вырвалось у Эральда, — а не позволите ли просить вас… Монах просканировал его взглядом. — Коль не денег собираешься просить, Божье дитя, то — проси, отчего бы и нет. Денег у бедных слуг Господних нынче скудно — и свечи капитул ставит за свой счёт… — Хочу увидеть принцессу вблизи, — сказал Эральд, снижая голос до шёпота. — Ведь её свадьба — один-единственный шанс, другого не будет никогда. Помогите мне, пожалуйста, святой человек, ради Господа — и я ещё за вас помолюсь… Монах задумался. — В храме… Принцессу-невесту… хм… — Да ладно, святой братец, — вдруг встрял Сэдрик. — Кому от этого будет жарко или холодно? Просто — найди местечко, где мы бы могли провести ночь — чтобы оттуда было хорошо видно алтарь. Влюблён братишка, безнадёжно, мирская суета, конечно — но снизойди к слабостям мирских человек, а мы пожертвуем, — и здоровой рукой сунул монаху серебряную монету. Монах взглянул на деньги, фокусным образом исчезнувшие с его ладони, и тяжело вздохнул над несовершенством мира: — Молись, бедное дитя, чтоб Вседержитель наш тебя от наваждения избавил… ну что мне делать с душевной добротой и благостью, внушённой Господом?! Смотрите же, отроки, если кто узнает, что вы сидели в келейке для чтеца — быть вам в Тайной Канцелярии и дельно. Нынче никто не одобряет баловство… — Мы никому не скажем, — пообещал Эральд. — Просидим ночь тихо, как мыши, а утром посмотрим на церемонию… Монах быстро, воровато оглянулся. — Позже приходите. Когда храм запрут, приходите, к западному входу. Я вас впущу. А сейчас — идите себе, сейчас стража придёт, и мирские станут храм проверять… Всё боятся чего-то… чего бояться в доме Божьем… — Только впустите, пожалуйста, — сказал Эральд, заглядывая монаху в глаза. — Мы будем надеяться на вас, как на Господа. |