Книга Седьмой. Том 4, страница 85 – Максим Зарецкий

«Я ничего не чувствую, Носитель», — заметил Седьмой и в это же время в мою руку совершенно неожиданно ткнулся Одинокий.

Я явственно ощущал его волнение, без примеси страха или жажды крови. Точно клинок ощущал, что там, за этой тьмой находилось нечто важное.

В любом случае я пришёл сюда для того, чтобы получить ответы на многие вопросы. Задержав дыхание и, прикрыв глаза, шагнул прямо в чернильную темноту, мгновенно очутившись на каменной лестнице и чуть не улетев по ней вниз, блог рефлексы сработали сами собой, остановив начавшееся падение.

Вернув себе равновесие, я начал осторожно спускаться по лестнице и в какой-то момент вдруг осознал, что этот спуск затянулся и я нахожусь уже на значительной глубине, хотя дышалось легко.

«Сейчас мы находимся не в вашем мире, Носитель», — вдруг подал голос Седьмой. — «Это изнанка».

«В каком это, мать его, смысле…?» — я даже остановился, не сдержавшись.

«В самом прямом, мате его, смысле, Носитель», — в тон мне ответил конструкт. — «Мы сейчас находимся на другом плане, куда обычным живым нет хода. Я не знаю как это возможно. Создатели совершенно точно не располагали подобными технологиями».

Ну дед…, — я в очередной раз мысленно покачал головой продолжив спуск, когда-то же эта лестница закончится. — Одно время я предполагал, что Утренняя Звезда, выходец из Золотого мира, с того карнавала, а тут спуск на изнанку нашего мира. Не вяжется.

«Возможно, ритуал карнавала был использован на вашей сестре, а Утренняя Звезда нечто иное, у нас слишком мало данных, Носитель».

Наконец, лестница закончилась, выведя меня в огромный зал, уходящий далеко вдаль. По краям этого зала находились множество массивных серых цилиндров, исписанных загадочными символами. Их ровные ряды терялись во тьме впереди из-за чего мне они напоминали колонны, поддерживающие своды колоссального зала.

Впереди, посреди зала я заметил установленный высокий каменный саркофаг. Подойдя ближе и заглянув внутрь, я увидел явственные контуры взрослого человеческого тела.

Прямо возле саркофага кто-то поставил простой дубовый стол со стулом. Сам стол оказался буквально захламлён бумагами, исписанными красными чернилами, поначалу принятую мною за кровь, хотя позже стало ясно, что это магическая вязь.

— Седьмой, эти цилиндры…, — я посмотрел на постройки расположенные по краям зала.

«Да, Носитель. Это якоря реальности и их здесь значительно больше, чем даже в тюрьме Оранжевого мира. Намного больше».

— Значит, это тоже тюрьма?

«Пока слишком мало данных, Носитель. Однако могу сказать, что, скорее всего, лишь благодаря такому количеству якорей реальностей мы способны существовать на изнанке».

Я подошёл ближе к столу и заглянул в записи. Магические письмена, пожелтевший пергамент. Взяв первый листок и прочитав его заголовок мне стало понятно, что автором его был дед.

«Поглотитель, или даже повелитель душ»? Ниже приводились непонятные записи. Я отодвинул пыльный стул и не обращая ни на что внимания уселся на него, погрузившись в чтение. Многие из записок не имели никакого смысла, какие-то расчёты, выкладки и прогнозы. Понять что-то конкретное удалось, когда под одной из кип бумаги я нашёл дневник деда. Даже не дневник, записи наблюдений.

Дед работал над каким-то проектом, который в теории мог помочь ему связаться с сущностями самых высоких или низких планов. Куда там первой десятке Когорты. В записях деда фигурировали такие твари, о которых я даже не слышал — «Изначальные», «Хтоны», «Странники», — каждое название громче и внушительнее другого. Здесь же находилась информация и о том, что за место мы обнаружили с Седьмым.