Книга Полудницы, страница 134 – Павел Волчик

— Благородные? Живые люди испытывают страшные муки.

Профессор кинулся к Илию, начал хватать его за руки.

— Поймите! У них появилась способность, которая сто́ит всего этого.

Илий брезгливо высвободил ладони:

— Какая еще способность?

Клуге пугливо огляделся, как будто их кто-то мог подслушать и прошептал:

— Исцеление.

Доктор отшатнулся, его мутило.

— Продолжай…

— Мало того, что они способны были лечить сами себя, они могли оказывать помощь другим. Однажды наша лаборантка разбила колбу и, собирая осколки, порезала руку. Пациентка подошла и прикоснулась к ней – через несколько минут рана начала затягиваться. Мы хотели проверить, действуют ли хлоропиоиды как универсальное лекарство, а в итоге получили существ, способных исцелять.

— И они теперь ходят по округе, устраивают поджоги, похищают детей и убивают тех, кого встретили?

Профессор замотал головой:

— Не думаю, что это их выбор.

— Что вы имеете в виду?

— Я уже объяснял вам. Они не могут брать энергию из ниоткуда. Солнечного света им недостаточно. Организм, обладающий таким бешеным метаболизмом, должен отказаться от каких-то функций.

— От каких функций?

— Вы знаете, что мозг – орган, который потребляет четверть всей энергии организма. Неудивительно, что у них почти не работает сознание.

— Они не понимают, что делают? – оторопел Илий.

— Они живут в режиме подсознания. У них появился свой мозговой ритм. На энцефалограмме он напоминает нечто среднее между сном и бодрствованием. Полагаю, так мозг пытается адаптироваться к новому телу.

— Мне говорили, что они могут понимать речь.

— Маловероятно. Они стали иначе воспринимать окружающий мир. Пытаться наладить с ними общение – все равно что говорить с дельфинами. Но это еще полбеды. Мы узнали, что они выделяют психоактивные вещества, действующие на сознание человека. Именно поэтому мы так спешили перевезти их в другую, специально оборудованную лабораторию. Такие вещества вызывают странные эффекты: неконтролируемый страх, галлюцинации. Столкнувшись с теми, кого вы называете полудницами, лицом к лицу, человек встречается с самыми затаенными своими воспоминаниями и страхами.

Илий вспомнил тот эпизод у ручья, когда он отобрал у полудницы сына. Ее лицо напомнило ему старуху из больницы. Думал ли он о той пожилой пациентке, он не мог сказать точно, но исход любой операции всегда волновал его. Подсознание…

Наступило молчание. Через минуту Векса заговорил странным голосом, нарушив тишину:

— Так вот почему ребята из моего отряда вопили так истошно там, у барака. А ведь они сто раз бывали на самом краю. Если каждый из них видел перед смертью лица своих жертв – тогда удивляться нечему.

Илий рассеянно посмотрел на пол, усыпанный осколками.

— Зачем им нужно похищать детей?

Клуге пожал плечами.

— Я не знаю. Могу только предположить, что материнские чувства так глубоко сидят у них в подкорке, что, увидев ребенка, они принимают его за собственного…

Векса жестом остановил его и прислушался. Отдаленный звук, похожий на вой или плач, проникал даже сюда, под землю.

Профессор побледнел:

— Это они. Их голоса. Зачем они вернулись?

— За тобой, Клуге, – спаясничал наемник, но в глазах у него Илий впервые за время их знакомства прочитал страх.

— Нет, не за мной. Они, хотят получить препарат, но его здесь нет.