Книга Терра и турнир Тринадцати, страница 100 – Мая Сара

То Грей знал что-то такое, чего не знала я.

От чего он пытался меня защитить?

ГРЕЙ

Жизнь прекрасна благодаря коротким мгновениям счастья. И чаще всего, если их не ценить, эти мгновения приходят все реже и реже. Пока не исчезнут совсем. И впоследствии ты видишь вокруг лишь мрак.

Полтора года я жил в этом мраке.

До сегодняшнего дня.

— Он опаздывает, – сказал я вслух.

Если бы кто-то посмотрел на меня со стороны, ему бы показалось, что я разговариваю сам с собой. Стою перед садом, наблюдаю за тем, как луна прячется за облаками, и говорю в пустоту. Благо в доме, который нам выделили на холме Сильнейших, никто, кроме нас с Сорой, не жил.

— Он всегда опаздывает, – напомнила Сора из тени в углу сада. – Дел у Сильнейших полно.

— Именно по этой причине я не хочу становиться Сильнейшим. – Мой голос оставался привычно спокойным, однако нога непроизвольно постукивала по татами от нетерпения.

— Точно не хочешь? – В вопросе Соры чувствовался подвох, посыпанный сарказмом.

Когда я только ее встретил, после целой жизни в разлуке, эмоции у Соры просто-напросто отсутствовали. Но постепенно она начала больше разговаривать. Иногда улыбаться и со временем даже шутить. Сора так и не рассказала о том, что произошло с ней за годы, проведенные в теневом клане. Как из нее сделали теневого воина – для меня загадка. И я пока не осмеливался спросить.

Есть вещи, о которых ты никогда, никому и ни за что не расскажешь. Тайна, которая изменила в тебе все.

Вдруг Сора тихо зевнула в тени.

— Отправляйся спать, Сора. Тут я справлюсь без тебя.

— Так не пойдет. – Я не видел ее, но догадывался, что она покачала головой, не отводя острого и внимательного, как у летучей мыши, взгляда от коридора, который вел к парадному входу.

— Он последний человек во всем нашем мире, который стал бы на нас нападать. Если бы он это сделал, то уж точно не исподтишка.

И к тому же я мог за себя постоять. И Сора это знала.

Сама Сора никогда не произнесла бы этого вслух, но оставалась она не ради меня, а ради…

— Ты слишком уверенно нашел выход из лабиринта, Змей, это было слишком подозрительно. – Теодор появился из затемненного коридора и остановился на границе между садом и домом. Ночное небо сразу осветило его уставшее лицо.

— Мне нужно было выиграть. – Я пожал плечами, оставаясь на месте.

— Я заранее показал тебе план лабиринта, но мы договорились, что ты не станешь вызывать подозрений.

Тео скрестил руки на груди, бедром опираясь о деревянную колонну. Любой другой бы счел, что он расслаблен. Но я-то видел, что он невероятно устал. И отдыхал в короткие мгновения между своими нескончаемыми обязанностями.

— А ты должен был убедиться, что она не попадет со мной в пару.

Тео дернул темно-рыжей бровью.

— Я не могу знать, на кого выпадет жребий.

Между нами повисло молчание, и длилось оно до тех пор, пока Теодор не вздохнул.

— Тебе было тяжело с Те… с ней?

Мы разговаривали у меня дома, но уши в этом городе были везде. Поэтому мы следили за каждым произносимым словом.

— Закроем тему, – выдал я жестче, чем планировал.

Теодор развел руками, на его лице отразилась вся горечь несправедливости.

— А я не хочу больше прикидываться напыщенным индюком, но…

— Я сказал, закроем тему!

Я непоколебимо удерживал гордый взгляд Теодора, пока тот снова не вздохнул, взъерошив волосы левой рукой. Это простое движение далось ему с трудом, что не укрылось ни от меня, ни от Соры. Она по-прежнему скрывалась в тени, и лишь неровное дыхание выдавало ее присутствие.