Книга Воин тумана, страница 101 – Джин Родман Вулф

Двор гостиницы медленно кружился у меня перед глазами, пока наконец небо не оказалось там, где ему и положено. Я валялся на земле, точно пришлепнутая ладонью муха.

— Итак, два – ноль в мою пользу. Еще хочешь?

От стыда у меня даже слезы на глазах выступили, и я смахнул их тыльной стороной ладони. Один из зевак сказал хозяину гостиницы:

— Ну хватит, я свой обол забираю! К чему время попусту тратить?

— В таком случае я ставлю на Латро еще один обол! – вдруг услышал я звонкий голос Ио.

К этому времени я уже умудрился встать на ко-лени.

— Держать пари с такой малявкой? А ну покажи свои деньги! Ладно, согласен. Однако ж он явно не Геракл, так что смотри, девочка, проиграешь!

И вдруг прямо у меня перед носом появилась та самая ветка дуба, которая мерещилась мне в самом начале. Ее держал могучий мужчина огромного роста.

— Я не могу помочь тебе встать, – сказал он негромко. – Это против правил. Однако в правилах не указано, что поверженный борец обязан тут же вскакивать с земли, так что не торопись, отдохни немного.

Я поставил одну ступню на землю и вытер пот со лба. Встать мне пока было трудновато, я все еще опирался на одно колено.

— Победа будет за ним, если ему еще раз удастся оторвать твои ноги от земли. Тогда он снова вскинет тебя над головой. Так я когда-то победил Антея^[118]. Постарайся обхватить его покрепче и не выпускай. Себя-то ему не поднять.

Когда Басий снова положил свою ручищу мне на плечо, я быстро поднял руки и тесно обхватил его под мышки – как он меня в первый раз.

— Сейчас он попытается перегнуть тебя через спину, – сказал мне великан с дубовой палицей. – Вывернись, но его не выпускай. Каждый твой мускул должен работать, как сырая кожа на солнце: когда кожа начинает ссыхаться, съеживаться, то способна ломать человеку кости. Слышишь, как трещат его ребра? Нажми-ка теперь подбородком ему на шею, да посильнее.

На этот раз мы рухнули на землю вместе. Когда я ослабил хватку и слез с Басия, он сказал:

— Быстро ты учишься, однако! Тут и говорить нечего – победа твоя. Ладно, теперь ты первый. Клади мне руку на плечо.

На этот раз я легко поднял его и перевернул головой вниз; оказалось, нижние ребра у него куда податливее верхних. И мускулы на руках Басия уже не казались мне такими твердыми, как сначала. Одной рукой обхватив его за талию, а другой – за плечо, я рывком вскинул его над головой и сказал:

— Ты не стал уродовать меня, и я тебя тоже не буду.

Великан с дубовой палицей показал мне пальцем на того зеваку, который заключил пари с Ио.

— Да, он заслужил наказание, – ответил я великану и, опуская Басия на землю, сбил наглеца с ног.

Милетец даже в ладоши захлопал от восторга и принялся стучать своей чашей по столу.

— Отлично! – шепнул мне великан. – А теперь позволь этому Басию все же одержать над тобой победу.

Этот вопрос по-прежнему читается в глазах Ио. Я делаю записи в своем дневнике, а она с упреком смотрит на меня.

— Не знаю, так было надо, – ответил я ей и добавил, вспомнив великана с палицей (интересно, с какой стати ему пришло в голову давать мне советы во время поединка?): – А ты думаешь, было бы лучше, если б я победил его? Нам всем – только хуже. Кроме того, это было бы не совсем справедливо: ведь Басий не стал ломать мне спину о стол во время нашей первой схватки, верно? Хотя мог. И на этом наш поединок тогда бы и закончился.