Книга Еще раз уйти, чтобы вернуться, страница 41 – Ольга Соврикова

Чем в это время занималось взрослое «население» нашего дома? Так камни таскали, возили, укладывали на положенное им место. По прошествии этих десяти дней дом по-прежнему казался развалюхой, державшейся на честном слове, а вот вид крепостной стены уже радовал сердце. Она «вырастала» прямо на глазах. Ворота, ранее отсутствующие по причине негодности, теперь вновь красовались строгаными досками на положенном им месте. Обитые изнутри полосами металла, они представляли теперь собой нешуточное препятствие для желающих войти на территорию поместья без разрешения хозяев. Непригодный же для стены камень использовался для ремонта ранее неплохо вымощенного внутреннего двора.

Дел было невпроворот. К концу дня ноги с трудом таскали все, от стражника до поваренка. Но были среди нас и те, кому было очень хорошо. Дочери барона оживали прямо на глазах. И если первые дни их можно было заметить робко подглядывающих за всем происходящим из окошек, из-за дверей, из-за косяков, то уже к концу этих десяти дней они дружно пропадали на конюшне у стойла с маленькими жеребятами или на псарне около народившихся у одной из дворовых сук щенков. Две няньки, приставленные к ним, к концу дня с трудом шевелили языками после ответов на все возможные «почему» и замечаний на тему поведения, приличествующего леди. Настури, правда, по-прежнему молчала, зато Никаэль больше не кричала и не плакала, а задавала вопросы и шалила за двоих. Итен со своей персональной нянькой от них почти не отставал, также проводя много времени на улице.

Чем занималась я? Всем одновременно. Думаете, все сразу начали работать с полной отдачей сил и умений? Или что, лакеи добровольно отправились камни таскать, а камердинер покойного барона двор мостить, камешки по размеру подбирать и укладывать? Как бы не так. Половина трудоспособных индивидуумов отлынивала от работы, как могла. А потому эта половина еще целых два дня пачкала штаны и расставалась с ужином в принудительном порядке. Самые упорные даже плетей получили. Это были как раз те, кто доверчиво слушал поучения старого управляющего.

Теперь вот не слушают. Во-первых, некого стало слушать – управляющий однажды ночью пошел по нужде и умудрился в нечистотах утонуть, по причине чего нужники сейчас новые возводят. А во-вторых, спины у слушателей до сих пор не зажили и при работе неплохо так напоминают этим работничкам об их ошибках. Кто-нибудь вспомнит об «огонечках» и скажет: «Всех подчинить, и нет проблем». Ага, нет… Есть. Я же не «волшебник, я только учусь». И потому, как только, так сразу.

Воины, прибывшие в особняк с бароном, решили остаться с нами и получили по зелененькой «звездочке», как все. А что касается Агашки, то после долгого и трудного разговора – ей была вверена новая должность. Теперь она у нас экономка. Самая главная в доме после меня. Неплохая она девка оказалась. Крученая, хитрая, но не злая и не злопамятная. Стоило ей только официально должность получить, как в доме сразу многое изменилось. Она ведь, недолго думая, и в глаз своим не маленьким кулачком так зарядит, что у провинившегося в одном глазу на пару дней свет точно потухнет. То-то у меня после ее «воцарения» половина дворни к полудню следующего дня одноглазыми ходили.

А вот к концу этой притирочной десятины начал оказывать мне существенную помощь Шамир. Его авторитет у людей был на очень высоком уровне. Его слушались, уважали. Он слыл среди них сильным и умелым воином. Почему раньше все было по-другому, почему порядка не было? Так барон его постоянно с собой таскал. Он в поместье-то наездами появлялся. А теперь вот «дорвался». Его воины не только работали вместе со всеми над восстановлением стены, они еще по вечерам казармы свои в порядок приводили. Думала, к концу десятого дня падать начнут. Нет. Выдюжили. Жирок растрясли. Казарму отремонтировали и большую часть работ по восстановлению стены они же выполнили.