Книга Развод с генералом драконов. (Не)любимая жена, страница 70 – Екатерина Гераскина

Он на секунду замолчал, подбирая слова.

— И посмотреть, как сама Беатрис будет относиться к моим детям. Понимаешь?

Его голос стал тише.

— Я не собирался приводить в их жизнь человека, который будет терпеть их только потому, что они мои.

Он посмотрел на меня тяжело.

— Они и так росли между двумя родителями, которые жили как чужие люди.

Говорить было тяжело. В горле стоял ком, и каждое слово давалось с трудом.

— Я любила тебя и детей.

— А я так и не смог рассмотреть в тебе свою женщину. И я виноват в этом. Любил я только детей, а тебя лишь принял со временем. Матерью ты была самой лучшей.

Кажется, это был наш первый по-настоящему откровенный разговор за все годы совместной жизни.

Мы оба стояли посреди шатра и смотрели на спящего Арта. Сына, который лежал, свернувшись клубком, крепко прижавшись к подушке. Его дыхание уже было ровным, спокойным.

Нам обоим было сложно.

Мы молчали.

А потом я спросила совсем тихо:

— Что произошло сегодня? Почему Арт начал обращаться?

— Ко мне пришла Беатрис. У нас ничего не было, — быстро сказал он. — С тех пор, как я почувствовал истинность… ничего не было. Сегодня же Арт услышал наш разговор. Он услышал, что мы с тобой развелись, — он помолчал. А потом продолжил. — Надо решить, что мы будем теперь делать…

Я вытолкала Рейгарда из шатра, так и не сказав больше ни слова.

У меня их просто не было. Этот разговор и так дался слишком тяжело. Нам обоим нужно время.

Арт остался со мной. Я аккуратно укрыла его одеялом, подоткнула край под плечо, чтобы он не замёрз. Рядом на тумбочку поставила воду и еду — на случай, если он проснётся посреди ночи. После такого оборота ребёнок мог очнуться внезапно, голодным и слабым.

Тут ко мне попросили разрешение войти воины. Оказывается, генерал приказал им натаскать воду для меня. Отказываться не стала. Воины быстро её набрали. Я бросила нагревательный артефакт, плеснула в воду немного лавандового масла и опустилась в воду за ширмой.

Внутри меня… была какая-то безнадёжная пустота. Я закрыла глаза, медленно провела ладонью по животу.

Всё вдруг стало таким сложным.

Я ничего не сказала Рейгарду о том, что мы ждем пополнения. Это и так усложнило бы наши и без того непростые отношения. А волноваться мне сейчас нельзя.

Поэтому я как могла гнала мысли о бывшем муже. Но всё равно в голове звучал его голос.

Что же мы так много наломали дров?

И как теперь быть?

Я выбралась из ванной. Слишком долго проводить там время было нельзя. Ополоснула волосы, надела белье, белую ночную рубашку и длинный тёмно-синий халат.

Волосы стала сушить артефактом, медленно проводя расчёской у небольшого зеркала, стоящего на столе.

И вдруг почувствовала — у полога шатра стоит… император.

Я дёрнула уголком губ. Отложила щётку и поднялась.

В это время как раз ко мне вошёл Эрэйн. Император выглядел уставшим, но стоило ему увидеть меня, как его губы растянулись в мягкой улыбке. Он раскрыл руки, приглашая, и я шагнула вперёд, уткнувшись ему в плечо.

Он поцеловал меня в лоб и удержал за плечи, внимательно посмотрев в лицо.

— Как ты, Бель?

— Хорошо.

— Как себя ведёт наш генерал?

Я тяжело вздохнула и опустила взгляд.

— Он всё понял? — удивлённо вскинул бровь император. — Тогда давай выкладывай всё как есть.

— Ох… Эрэйн. Слишком многое произошло.