Книга Развод с генералом драконов. (Не)любимая жена, страница 101 – Екатерина Гераскина

Я перехватил пузырёк, кончиками пальцев коснулся её руки — меня прошибло разрядом. Вскинул голову, посмотрел на неё, но Бель лишь горько усмехнулась, покачала головой и вытянула мою руку, оставляя склянку. Я сжал её, всё ещё хранившей тепло её пальцев.

— Проспишь до утра крепким сном. Поможет восстановиться после похода.

— Как ты здесь была всё это время?

— Тебе разве не докладывали? — усмехнулась она и наконец посмотрела мне в глаза.

— Докладывали. Но я хотел бы услышать от тебя.

— В основном я помогала целителям. Никаких заданий не выполняла. И похоже, что Эрэйн ближайшие несколько лет мне их больше не предоставит.

Я молчал.

— Почему? — хрипло спросил я, понимал, что требовать и просить ни о чем не могу. Но от одной мысли, что ей нужно идти куда-то и выполнять задание императора, внутри поднимался холод. Хотелось закрыть, запереть, защитить. Выполнить все вместо нее. Не хотелось, чтобы она снова подвергала себя опасности.

Бель покачала головой, дернула уголком губ. Я залип на её губах, не мог отвернуться, едва смог перевести взгляд выше — на глаза.

— Да так, — отмахнулась она от ответа.

— Мне нужно встретиться с императором.

— Он как раз прислал приглашение на своё венчание. Обозначил место, где через два дня мы должны быть.

— Это очень кстати.

Два дня перед тем, как снова вылететь к Храму, были потрачены на то, чтобы проверить работу лагеря, усилить посты, дать распоряжения воинам и усилить патрули.

Я обошёл склады, проверяя готовность оружия, запасов, осматривая укрепления, лично разговаривая с командирами, потому что после того, что мы увидели, расслабляться было нельзя ни на мгновение.

С Бель мы больше не говорили. Та приходила на рассвете и следила, как я с сыновьями занимаюсь, потом оставалась с ними, они завтракали вместе. Мне же нужно было сделать слишком много.

А еще собрать отряд из драконов клана Земли и отправить его искать замаскированные подземные проходы с нашей стороны границы.

Борн шёл на поправку, и с каждым днём это становилось всё заметнее. Главный лекарь буквально не мог нарадоваться на Анну, постоянно повторял, что без неё такого результата добиться бы не удалось, и смотрел на неё с тем самым уважением, которое редко кому доставалось.

Да и вообще, куда ни посмотри, её встречали радостно: воины приветствовали, останавливались, спешили помочь, если она что-то несла или куда-то направлялась, уступали дорогу, здоровались первыми.

Целительницы то и дело подходили к ней с вопросами, советовались по поводу зелий, записывали её рекомендации, обсуждали дозировки, и было видно, что к её словам прислушиваются без споров.

Но на сколько я мог понять, все же Анна сохранила тайну, что именно она создательница самых важных лекарских настоек на фронте.

Перед отлётом мне нужно было закончить ещё одно дело.

Я направился к Беатрис в шатер, где ее охраняли и выпускали только с сопровождением. Любая лекарская деятельность была для нее под запретом.

— Ты не торопился, — произнесла она, скрестив руки.

— Я генерал, Беатрис, и у меня могут быть дела помимо тебя.

Она усмехнулась, села на край узкой походной кровати. Я взял стул и устроился напротив.

— Это ты про Анну? Она твоё дело? Поэтому ты забыл про меня и запер здесь на месяц?

— У тебя здесь было всё, что нужно. И, собственно, время подумать. Но чтобы тебе лучше думалось, я вот что тебе дам почитать.