Книга Однажды я стала ведьмой, страница 33 – Виктория Блум

— Если еще хоть раз выкинешь что-нибудь подобное — тебя постигнет участь колтунов, — зло прошептала мне на ухо Маргарет. — Ты подорвала мое доверие, больше поблажек не жди.

— Поблажек?! Вы превратили меня в пленницу! Собираетесь сделать из меня послушную марионетку!

Женщина сузила свои черные глаза и жестко произнесла:

— Ты нужна моему народу и если потребуется, я посажу тебя на поводок и как шавку заставлю выполнять мои команды.

По коже пробежал ледяной озноб. Мне стало по-настоящему страшно. Очень-очень страшно.

Резко отпустив мою голову, она небрежно бросила щетку и повернулась к притихшему на кровати коту, который только недавно пришел в себя.

— Что касается тебя, — она сделала угрожающий шаг к моему фамильяру.

Тот мгновенно вскочил на лапы и бросился бежать. Но спрятаться так и не успел. Ноги его резко подкосились, и кот рухнул на пол с таких душераздирающим воплем, что у меня сердце чуть разорвалось от боли.

— Прекратите! — вскричала я, с ужасом глядя, как у фамильяра судорожно дергаются конечности. — Что вы с ним делаете?!

Маргарет отвела взгляд от кота и медленно повернулась ко мне. Альберт жалобно, хрипло мяукнул и затих.

Меня колотило от страха и гнева. Хотелось вцепиться в холеное лицо этой стервы и расцарапать его до крови. Но я понимала, что не успею шелохнуться — меня постигнет учесть питомца.

— Не беспокойся, твой фамильяр жив, — холодно бросила императрица. — Но сбежать он больше тебе не поможет. Так что не советую предпринимать новых попыток. — И угрожающе сверкнув черными глазами, она покинула мою комнату.

Я же мгновенно подорвалась к коту. Взяла пушистика на руки. Он был в сознании, но дышал тяжело, рвано.

Из глаз сами собой потекли слезы.

— Альбертик, миленький мой, тебе больно? Что она с тобой сделала?

— Скоро пройдет. Сумеречная стерва заблокировала часть моих магических способностей, — еле слышно мявкнул кот.

— Навсегда? — ужаснулась я.

— Нет. Ты сможешь снять ограничитель, когда пройдешь инициацию.

— Пройду, — твердо и решительно заявила я. — Пройду и тогда этой гадине не поздоровится!

— Лиса, будь осторожна. Она при желании тебя может в порошок стереть.

Я была, конечно, согласна с котом, но…

— Ты прав. Отныне я стану паинькой. Буду играть по их правилам, во всем слушаться. Научусь магии, пройду инициацию, а после… Пусть только попробуют меня остановить!

Следующие несколько дней прошли за обучением колдовству.

Видеть Маргарет я категорически не хотела, поэтому в ультимативной форме заявила Алексу, что либо занимаюсь с ним, либо вообще не стану обучаться. Спорить со мной не стали. Принц на совесть занимался моим обучением, а помогал ему в этом как ни странно — Альберт. Фамильяр разбирался гораздо больше в ведьмовской силе, чем Алекс, поэтому без его участия было действительно не обойтись.

Эти два неутомимых учителя загоняли меня настолько, что к концу дня я еле доползала до кровати, валясь с ног от усталости.

За время наших занятий я лучше узнала Алекса. Как учитель он был строгим, требовательным и даже жестким. Порой очень сильно раздражал тем, что пресекал своим властным, холодным тоном все наши дурачества с котом, и был излишне сдержан в похвале.

Но за стенами зала для практических занятий мужчина преображался — становился менее отстраненным и более приятным в общении. На удивление, в его обществе мне было легко, и порой я даже ловила себя на том, что получаю искреннее удовольствие от наших бесед.