Книга Я обязательно вернусь. Книга 3.2, страница 21 – Нора Ольвич

А я, что говорила. Вот вам и случай.

Не правда ли, интересно? Ещё как'.

Как часто я спрашивала себя о той поездке в Эдинбург. Случайно ли она произошла? Так уж нужна она была? Тогда.

Для истории Шотландии. Да. Однозначно нужна.

Внезапная гибель проповедника, его предсмертные слова, казалось, образумили Иакова. Властная и твёрдая рука короля вдруг поприжала своевольных баронов, устранив все внутренние разногласия в своей стране. Славный милорд Иаков V, наплодив наследников, взял курс на развитие Шотландии, усиливая её военную мощь и производство. Как это было отлично от того, как всё развивалось в другом мире, в том… таком далёком. От которого осталась только память.

А для меня? Та поездка и встреча с герцогом? Трагизм произошедшего, с нами, зачем это нужно было?

Каталина, для всего мира — она умерла.

В багаже отца, в самой большой каюте каравеллы стоял ларец, как будто хрустальный, так постарались мастера, стеклодувы, он закрывался на изящный серебряный замочек. Ключик от него всегда висел на цепочке, на груди князя. Через крышку ларца был виден лик девы, её посмертная маска, лежащая на чёрном бархате в окружении фамильных брильянтов дель Альбуркера.

Та безумная поездка, какой ничтожной, сейчас, кажется, причина, по которой она тогда состоялась и как велики по своей значимости её последствия.

Испытания, выпавшие на долю моей семьи. Все люди, жившие в замке, прошли через них. Они стали другими.

«— Это место наших страданий», — так сказала однажды княгиня Жанна.

Наши Души, словно закалялись. Для чего? Для следующих… испытаний?

Что есть жизненный путь того или иного человека? Наша сущность, наши души — это словно генератор эмоций. Любые, они являются огромной массой энергии, которая выходит в эфир Вселенной, питая, возможно, её и совершенствуя, шлифуя, позволяя расширяться. Не являются ли наши эмоции своеобразным строительным материалом для всего сущего…

Как много, однако, философии во взгляде, с тоской смотрящем на удаляющийся залив.

На самом деле не так всё плохо. Вся жизнь впереди у княжны, что приехала из Московии. Вот только нужно привыкать звать отца-дядей. А, возможно, просто, ваша светлость.

И то чувство, которое коснулось её кончиком крыла.

К мужчине.

Как хотелось познать его. В этой действительности. Не обмануться, встретив достойного человека. Опять почувствовать ту химию как когда-то. И услышать нежное:

«— Моя Донна».

Спокойно было на душе, в замке остались работать и жить капитан Карлос и его супруга. Я слышала, что к ним должен приехать сын с семьёй. После гибели Каталины и расправой над герцогом капитан пересмотрел свои взгляды на религию, отвергая католицизм. Направления реформаторства ему стали ближе. С женой они приняли лютеранство. Их копии карт и атласов расходились по заказчикам, принося всем немалый доход. Отец заключил с капитаном договор на управление замком, на период в двадцать лет. Я была уверена, что у строгого дон Карлоса в замке будет порядок.

В склеп мы более не наведывались. Вход из лабиринта в место упокоения сеньоры, сделали недоступным, решив, что достаточно долго злоупотребляли вниманием донны Федерико. Пора и честь знать.

С отцом мы наведались в хижину, в которой жили с шевалье Арманом в период моего восстановления. Много я поведала тогда ему. Открыла мысли свои и, возможно, душу. За мной следил всё подмечающий взгляд родных глаз.