Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 44 – Нора Ольвич

— Вы были так слабы, вынашивая Луизу, мы боялись вас брать с собой.

— Мои страдания были невыносимы, я еле перенесла это расставание со старшими детьми. И то, как я молчала и хранила все тайны нашей семьи, они дали «Им» повод считать, что мне можно рассказывать всё. Отчего-то Валуа посчитали, что княгиня Жанна вынесет на своих хрупких плечах многие тайны королевской семьи. Не знаю отчего так. Не знаю.

Всё началось с Екатерины Медичи, и малютки Елизаветы. Франциск и мой князь — Раймонд, вы никогда не задумывались, что связывало этих мужчин, отдалённо похожих другу на друга, всю их осознанную жизнь? И почему Франциск назывался для Каталины дядюшкой?

И кто такой барон Николя де Беккариа приехавший так вовремя к маркизе Анне из Нового Света, встретив её в Провансе? Мы с Каталиной действительно слишком посвятили себя другим в той жизни, только она это делала осознанно, я же вынуждена была нести чужой груз бесконечно долго. У меня не было выбора, мне приходилось это делать, ради их семьи, которая постепенно тоже стала моей, тайной и призрачной, но тем не менее моей. Даже прощаясь с той жизнью в глубокой старости, уходя на перерождение, я не могла открыться до конца.

Я и сейчас всего сказать не могу, знаю только одно, как очень, очень дальним потомкам дома Валуа нам нельзя легально въезжать во Францию, учитывая, что у власти сейчас находится другая династия. Нас снова будто обложили со всех сторон. Орден, все эти его тайны, Торризи и вот ещё это подземелье. Отчего бы нам не уехать на остров?

— Вы сами сказали Элена, причина в Торризи — они словно повсюду, так и хочется вспомнить фильм про итальянскую мафию.

— Дениз, простите меня за ту эмоциональную вспышку в ваших покоях. У меня столько в голове стало невозможного, когда я, распрощавшись с монастырской жизнью, окунулась в светский мир. Вы знаете, что в Венеции Дожа выбирают после того, как ему исполнится шестьдесят лет?

Я задумчиво слушала свою спутницу.

— Иннес ещё нет тридцати, мы не должны идти на этот бал, не должны плыть по течению, играя в навязанные нам игры. Так будет ещё хуже. Вы не справитесь сами Дениз, принимая решения, вы просто обязаны советоваться со мной, ведь мы одна семья.

— Я услышала вас княжна и полностью согласна со сказанным, мы будем решать всё вместе, обещаю.

Крепче сжав наши ладони, перестав шептаться, мы подошли к каменной стене, за которой уже не было видно труб.

— Тупик?

— Не совсем. Идите сюда.

— Какой влажный воздух в подвале, — княжна не отставала от меня.

Протиснувшись в параллели стен удивлённо замерли от увиденного. Лунный свет лился от высокого потолка мягким светом, каменные плиты пола были залиты водой, слышался шум прибоя и сильного ветра.

— Теперь ты понимаешь, почему нельзя было трогать холм?

Я шагнула в воду, кое-где она доходила мне до щиколоток, а, где-то стекая по ложбинкам уклона, уходила обратно в подземелье. Тот квадрат, на котором я сидела в прошлый свой приход в это помещение, где он? Перед глазами были мрачные каменные плиты пола. Одинаково старые, мокрые и грязные.

Я точно помню странность изображения. Поиски заняли некоторое время. Разглядывая рисунок на камне, расчищая его от мокрого ила и песка, что практически коркой впитался в выбитые в камне фигурки, удивлялась и не находила слов. Полностью освободив рисунок, принося с Эленой в ладошках воду, смывая грязь, замерла над увиденным.