Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 175 – Нора Ольвич

Заранее был выращен антибиотик и приготовлены сухие сборы трав. Мы не отходили от заболевшей ни день, ни ночь, вливая в неё все возможные настойки и лекарства.

Обеспечивая питание лёгкими бульонами с перетёртыми овощами, кормили леди в буквальном слове по капле, стараясь обеспечить ей как можно лучшее качество жизни в такой непростой ситуации.

Но временами казалось, что мы её теряем окончательно.

Бред женщины, он выматывал все нервы, приходило осознание, что её затягивает в неведомую воронку. Становилось страшно от тихих, навязчивых слов, и признаний, от того, как она умоляла Филиппа отпустить её к сыну, что она обещала Господу и пресвятой Деве Марии не бросать новорождённого. И в то же время она просила защитить сына, от проклятия д' Фуркево.

Просила сделать это именно Филиппа.

Давая обеты посвятить всю свою жизнь служению Господу.

Что происходило в её сознании? Отчего она бесконечно часто вспоминала крик огромной болотной птицы и сметая всё на постели, просила закрыть окна, боясь, что её сына могут похитить.

От этого просто ехала крыша, я переставала понимать происходящее. Как, впрочем, и все мы.

Через неделю встретив безразличный взгляд женщины, совершенно не реагирующий на принесённых младенцев, была рада хотя бы тому, что она пришла в сознание.

«— вероятно, это заболевание мозга, она очень плохо перенесла роды, для неё вся беременность была сплошным стрессом, нужно просто ждать».

И мы ждали, отменив все приёмы и посещения театров, отказавшись от дальних прогулок верхом. Будто всё замерло в нашем Лондонском имении. Небольшое уютное строение в два этажа вместило нас не многих.

Члены команды обосновались на галеоне. Ежедневная работа в отелях отнимала многие силы.

— Леди Диан, она хочет удалиться в монастырь, ваша светлость, — Иннес не отрываясь смотрела в глаза растерявшейся Денизы, — у неё вовсе пропало молоко.

Казалось, даже голоса стали звучать будто издалека. Мы потрясённо слушали, что рассказывала нам леди, только зашедшая в кабинет.

— Но как же дети? Она готова оставить их? Княжна Элен не может вечно исполнять роль заботливой матери. Близнецам действительно нужна их матушка. Элен с сеньорой Исабель и кормилицей ждали выздоровления миледи.

— В беседе с ней я поняла, что леди Диан считает, что родила одного ребёнка, она только и говорит, что про юного виконта Огюстена. Про малютку Бланш она и слышать не хочет, считая, что эту смуглую девочку ей подкинули и она вовсе не её дочь.

— Но как же так? Иннес? Вы же присутствовали при родах!

— Да, ваша светлость. И я помню, как моя Эйлис была очень смугла при рождении. Но это не стало причиной для отторжения малютки, я люблю свою дочь больше жизни, она напоминает мне супруга. И я не могу понять, что происходит.

Не буду рассказывать про наши метания и размышления о том, как возможно поместить католичку в монастырь хотя бы на время, не доводя дела до пострига, в стране основной конфессией которой была англиканская вера — ответвление от протестантства.

В принципе давление протестантских властей было велико, и мы временами ощущали это на себе. Нас спасало только то, что Её Величество королева Екатерина Брагансская, супруга короля Англии, Шотландии и Ирландии Карла II Стюарта, оставалась после венчания в католицизме, и её признание населением страны всё увеличивалось с каждым годом.