Книга Не про Любовь!, страница 128 – Нора Ольвич

Общение между героями было учтивым и милым, наполненным добротой и теплотой. Они не подозревали, что за ними наблюдают зрители, и вели себя естественно и непринуждённо. Их диалоги были полны юмора и иронии, что создавало атмосферу лёгкости и радости.

Девушки — эмигрантки, хозяйки дома им казались совершенно неопытными простушками. Этакими провинциалками. Каждый из гостивших думал о том, что нам всё же удалось вывезти из Франции. Ведь так устроить быт в доме – ведь это дорого стоит.

Нас было шесть человек в гостиной, не считая прислуги, и мне казалось, что время уже начало свой отчёт, приближая нас к трагедии.

«- осталось совсем немного, как предупредить Доминику»?

— О, мы забыли сообщить вам главное. Мы с сестрой сняли отдельно стоящий дом в конце той улицы, на которой проживали до того, как. В нём хорошая прислуга, большая гостиная и даже имеется отдельный вход на женскую половину. Дом не такой, как ваш, разумеется…

— Мы не снимаем его, князь. Мы владеем им с сестрой, хотя думали, что в Эдинбурге нам не удастся что-либо купить настолько соответствующее нашим вкусам. В какой-то момент мы собрались вернуться в Морпет… Но об этом, мне кажется, мы уже говорили.

Каждое слово было выверено, любая интонация. Мисс Карен внесла плоский вазон, в котором вновь плавало соцветие пиона. Ярко-белое, огромное. Внутри же цветка некоторые особенно узкие лепестки были с очень тонкой бордовой окантовкой. Практически кровавой на первый взгляд. Я ненавидела себя в этот момент за то, что невольно поморщилась от того, как мне это было неприятно.

Князь наслаждался произведённым эффектом, его пальцы постукивали по бокалу с вином.

— Я хотел, чтобы вы сами разместили цветок в вазе леди Элинор, как в прошлый раз. Но узнал, что у вас визитёры, и доверил это действо мисс.

Я холодно и вежливо улыбнулась, старательно думая о том, что когда-нибудь же этот день закончится.

Барон и виконт с недоумением молча смотрели на всю эту ситуацию. Смотрели на соцветие в воде… На нас…

На удивление пёс, подняв голову, лежащую на полу, глянув на наших гостей из Вероны вдруг зарычал. Он принюхивался долго, развернувшись в сторону пиона, приподнялся, а, после пройдя по гостиной, лёг возле моих ног под изумлённые взгляды гостей. Лежал, поглядывая буквально на всех, будто предупреждая, что я под личной его охраной.

Стало очень неуютно.

Князь Арман был мрачен, его «сестра», на удивление молчаливая сегодня, рассматривала небольшую галерею картин, которую мы приобрели на выставке. Маленькие певчие птички грациозные, они были все разные. Тонкая работа художника в одном стиле. Картин было около двенадцати.

А после Доминика вдруг уверенно сказала, что сегодня, наверное, опера откладывается, и они с братом не смогут нам составить компанию. Это было более чем странно, ведь мы не приглашали их. Они сами приехали вот так, без предупреждения. Но об этом знали только мы с сестрой, но никак не лорды. Красивые рубины на женщине и удивительный наряд, всё было продумано. Отчего же им не поехать самим? Но чета Ветурии весьма уверенные в себе откланялись, что, впрочем, через четверть часа сделали и лорды.

Гостиная опустела.

— Мистер Холмс, с сегодняшнего дня мы никого не принимаем, вот так на короткой ноге. Я хочу с утра планировать правильно свой день. Господа должны заранее, допустим накануне известить нас с сестрой о своём визите.