Книга Перелётная Птица, страница 43 – Нора Ольвич

Голоса, взгляды случайных людей в окнах соседних домов. В сером строении, что граничило с нашим домом с фасада, застыл силуэт в строгом сюртуке и светлым шейным платком. Так похожий.… Не могла вспомнить, где я видела этого человека раньше. Мне казался он более смуглым, чем Игорь Андреевич – несостоявшийся мой жених; коренастым и более плотным.

Телеги, гружённые всем, что мы перевозили в деревню. Господи, сколько их, они были повсюду. Люди. Кейс в руках у бабушки Софи, который она из рук не выпускает.

— Степан!

Мальчишка обернулся и подбежал, лукаво улыбаясь.

— Хочу видеть тебя в дороге. Садись на облучок к кучеру Ивану. Возьмись помогать ему и нам, если что.

— Я тогда Михея позову можно?

Кивнула в согласии, и к нам присоединился ещё чернявый мальчишка во льняной рубахе навыпуск и широких штанах. Как пить дать цыганёнок.

— Матушкин посыльный по двору - Михей. Сирота он.

Лиза старательно вытерла платочком взмокший лоб, сдвигая шляпку на самую макушку.

— Больше воды чистой пей, как солнце начнёт припекать.

— Да как же? А по нужде?

— Как всегда, наверное, …

Говоря про деликатную тему, даже, не представляла себе, как это делать в экипаже. Приметила на стене выдвижную плотную холстину, которой можно было отгородиться от всех и заняться своими проблемами. Она скользила креплениями по потолку. Внутри же всё было в каретной стяжке и замше. Мягкие и удобные сидения. Подняла взор, рассматривая в окно дормеза, происходящее на улице.

Тяжёлые портьеры закрывали окно у соседей. Сторонний наблюдатель исчез. Я тут же забыла о нём, потому как, все экипажи, какие только были в Москве, они все именно в этот момент выехали бороздить улицы города. Ведь мы выезжали наконец-то из внутреннего двора.

И буквально через три четверти часа сквозь пыльную завесу дороги стал доноситься звук колокольчика. В воздухе зазвучала тихая мелодия — это были голоса людей и звуки всего вокруг, они смешивались с ритмом шагов лошадей и были для нас верными спутниками всю следующую неделю.

Возле одного из гостиничных дворов я не могла оторвать взгляд от кучера Ивана — его лицо было под тенью от козырька головного убора, однако приглядевшись, можно было в глазах мужчины заметить неподдельную страсть к дальним поездкам и путешествиям.

Эти пять дней дороги были для меня откровением.

Мы толком ничего не знаем о тех временах. Нам преподавали по истории многое.

Но.

Скажу так, Александра Фёдоровна успевала буквально везде. Следила, что бы все были накормлены и устроены на ночь. Её приказчик с ног сбился… Крепостные девушки и женщины, были все у них на виду. Не дай боже с чужими парнями переглянется кто из них. В дороге лихоимцев пруд пруди, времена-то военные.

Наши мужчины глаз не сводили с обоза по ночам, и я слышала голос тётушки всюду.

Мне кажется, она, и дозор ночной несла вместе с крепостными.

Ведь каждый взрослый, особенно мужчина, был важным источником дохода, рабочей силой, так сказать в хозяйстве. Потеря даже одного, если всего их меньше ста душ в собственности, сразу же приносила ощутимый убыток. Приходилось следить буквально за всем в дороге, задумываясь, о том, как разместить тех, кто едет с нами в новые условия, ведь скоро зима.

Они делили каким-то образом расходы с Ольгой Васильевной Бельской на постоялых дворах. Советуясь, отдавали дельные распоряжения. Судачили о налаживании производства кирпича под Муромом и новых постройках в деревнях.