Книга Ты у меня не одна, страница 14 – Нора Ольвич

Она омывает ступни в реке, стоя на одной ноге в шлёпке, и смеётся. Я запомню её такой, наверное, на долгие, долгие годы. Светлые волосы, развеваемые ветром, загорелая кожа, лукавая улыбка — настоящий образ лета и свободы.

— В поле, до восхода солнца.

«- В росе искупаемся», — говорит она, улыбаясь.

— Что? А насекомые? Их тьма-тьмущая, — морщусь я, представляя комаров и мошек.

— Забудь. Всё будет хорошо, — обещает она, словно её слово — гарантия счастья.

— Ну хорошо, так хорошо, — соглашаюсь, понимая, что вряд ли смогу отказать.

И вот мы едем домой, а в душе вдруг плещется ожидание. Будто чудо должно произойти, какое-то. Волшебство. Оно сделает завтрашний день особенным и незабываемым.

*****

Утренний туман с реки всегда особенный. Он появляется внезапно, словно призрак, стелется по воде, скрывая мир и создавая иллюзию тайны и волшебства. В его молочно-белой дымке исчезают очертания домов, деревьев и лодок, оставляя лишь контуры, словно нарисованные карандашом на полотне художника.

Этот туман обладает особой магией, он будто защищает мир от вторжения внешнего шума и суеты, позволяя насладиться первыми лучами солнца и спокойствием утра. В нём можно увидеть отражение своего внутреннего мира, свои мысли и чувства, скрытые от посторонних глаз.

Мы только вышли через неприметную калитку в самой дальней стороне нашего участка, как сразу попали в этот самый утренний туман. Он неслышно шёл навстречу, окутывая нас своей прохладной, мягкой дымкой, сглаживая очертания кустов и деревьев, превращая утренний пейзаж в таинственную картину.

Взявшись за руки, мы шли, утопая в высокой траве, чувствуя, как она отдаёт нам капли росы, ласково касаясь наших ног. Трава была мягкой и приятной на ощупь, словно зелёный ковёр, расстеленный для нас.

И я вдруг поняла цыган — кочевников. Вот оно, счастье вольной жизни, когда нет привязанности к месту, когда можно свободно двигаться по миру, наслаждаясь каждым мгновением. Вдали раздавалось ржанье лошадей, словно приглашающее нас в путешествие, в приключения, в жизнь, полную свободы и радости.

Никуда не нужно спешить, все проблемы остались в городе, здесь только природа, тишина и покой. Я хотела сохранить это чувство в себе на веки вечные, чтобы в любой момент вернуться сюда, в этот райский уголок, полный покоя и гармонии.

— Так и сохрани.

— Как ты меня услышала?

Приблизив своё лицо к моему, она прошептала.

— Если ты действительно этого хочешь, раздевайся, только кулон не снимай.

— Под футболкой одни только плавки.

— И их снимай!

Мама достала из пакетика льняную ткань, которую накануне стирала без всякой химии в отдельном тазике, а после сушила под палящими лучами солнца. Она осторожно расправила её, бережно провела по траве, собирая росу, а затем укрыла ею мою голову, шепча что-то, словно колыбельную.

Процесс этот казался бесконечным. Она укрывала поочерёдно и плечи, и грудь. Всю! Она осторожно отжимала ткань в маленькую пиалу, бережно собирая влагу, а затем поливала мне её на голову, словно омывая меня от всех тревог и забот. Я чувствовала, как прохладная роса стекает по волосам, наполняя сознание свежестью и покоем.

Кожа горела, хотелось взлететь перелётной птицей высоко в небо. Вздохнуть полной грудью.

Я смутно помню, что было дальше. Мама завернула меня в сухую ткань как дитя. Вела за собой в дом.