Онлайн книга «Скитальцы»
|
Рукоятка легла в ладонь. Они стояли стеной – десяток молодцов в блестящих нагрудниках, вдохновленные доверием железного зверя на гербе, обозленные – кто-то потирал бок, а кто и скулу. Они глядели на меня, презрительно выпятив челюсти, за их спинами возился потревоженный трактир, галдеж и суматоха, и какая-то женщина визжит – обязательно найдется одна голосистая, ей все равно, по какому поводу, лишь бы орать… Возможно, шум разбудил Алану? И сейчас она сидит на кровати в темной комнате, трет глаза, испуганно прислушивается? «Не уйдешь», – говорили хмурые лица стражников. И кураж, толкнувший меня на разудалую пляску на столах, вдруг иссяк. Я, может, и ушел бы, но там, наверху, проснулась в темной комнате моя жена. А здесь, в углу, стоят, сбившись в кучу, Бариан, Танталь, Муха, Фантин, Динка… Солоноватый привкус все еще стоял во рту. Но теперь он был мне неприятен – отдавал железом. — А в чем, собственно, дело? Стражники расступились; капитан вышел вперед, его нагрудник был залит вином, казалось, что геральдический зверь вот-вот облизнется, подбирая розовые капли. — Я хотел отдать оружие, – сказал я примирительно. – Но у меня не было оружия… А теперь есть. Вот, возьмите… Я протянул ему кинжал – рукояткой вперед. Стражники сделали каждый по шагу, и в их глазах я прочел желание реванша; капитан сдержал их раздраженным жестом. — Ретанаар Рекотарс, именем герцога Тристага вы арестованы! Мне казалось, что взгляд Танталь лежит на моем лице, как монетки на глазах покойника. — Но за что, капитан?! — Именем герцога Тристага! Вы обвиняетесь в убийстве благородного Рэгги Дэра, совершенном во время противного закону поединка! Взять его! И меня взяли. Крепко, за оба локтя. * * * На коленях сиделки лежала раскрытая книга, но женщина не читала. Тупо глядела в камин, хмурилась собственным мыслям; еле слышный стук в дверь заставил ее вздрогнуть. Переступая порог, Эгерт Солль поймал напряженный, даже испуганный взгляд – возможно, сиделка боялась, что ее уличат в нерадивости. Полковник был очень придирчив, когда речь заходила об окружении госпожи Солль. Тория сидела в кресле. Каждый день ее одевали, и причесывали, и усаживали перед камином, и развлекали беседами и чтением вслух. Госпожа Солль оставалась равнодушной, в лучшем случае улыбалась и кивала, но все в доме знали, что окажись прическа госпожи с изъяном или платье хоть чуточку неухоженным – и прислуга моментально потеряет столь хорошо оплачиваемое место… Сиделки подчас не понимали книг, которые доводилось читать вслух. Книги были ученые – из библиотеки университета; Эгерт надеялся, что под бездумной маской в душе Тории все еще тлеет искорка сознания. И делал все, чтобы не дать ей угаснуть. Сейчас сиделка пренебрегла обязанностями – может быть, у нее першило в горле, а может, она просто устала от непонятных слов и сложных оборотов. Солль не стал упрекать ее. Женщина была добра и искренне симпатизировала красивой госпоже Солль, а усталость и недостаток образования – не самые страшные грехи для сиделки. Полковник отпустил женщину кивком – она исчезла мгновенно и бесшумно, только тяжелая книга, опускаясь на стол, щелкнула замочком… Солль взглянул на пожелтевшую страницу. Да, он помнит, как Тория что-то втолковывала ему, водя пальцем по строчкам. Давно. До того, как они поженились, еще до того, как сама мысль о таком повороте дел сделалась хоть сколько-нибудь возможной… |