Онлайн книга «Скитальцы»
|
— Луар, – сказала я шепотом, зная, что за шумом ветра он не услышит. – Спасибо, что ты пришел… Дорога повернула, и послеполуденное солнце разом ослепило меня, выстроив между мной и миром горячую белую стену. — А я видела твоего отца, Луар, – прошептала я неслышно для самой себя. – Я видела Эгерта. Он дал лошади шпоры. Несчастное животное, несущее двойную ношу и никак не ожидавшее от хозяина столь безрассудной жестокости, дернулось и перешло в галоп. — А-а! – завопила я, цепляясь за Луара руками, подбородком и коленями. – А-а-а! Лошадь тоже обиженно закричала. Луар сжал губы и натянул уздечку, лошадь взвилась на дыбы, опрокидывая меня на моего спутника и давая возможность вблизи рассмотреть его сузившиеся, отчаянные глаза. До самого вечера между нами не было сказано ни слова; вечером же, высмотрев у дороги большой и богатый с виду постоялый двор, Луар решительно завернул в ворота измученного коня, и той ночью мне воздалось сполна. Он был уже не юноша – он был зрелый мужчина, исступленно-нежный, умеющий любить и бережно, и страстно, – и даже медальон у него на голой шее, пластинка, постоянно попадавшая между нами, не мешала мне. Мы едва не разнесли в щепки ветхую гостиничную кровать – но самыми дорогими оказались минуты, когда, одновременно проснувшись в сером предутреннем свете, мы обнялись, не успев еще открыть глаз, на ощупь. Под окном радостно вопила синица. Хороший знак – птицы поют до рассвета… — Ничего этого скоро не будет, – сказал Луар. Я подождала. Спросила осторожно: — А что будет? — Не знаю. – Он вздохнул. – Когда б я знал… Синица звенела, как колокольчик. Медальон сполз с Луаровой груди и лежал теперь на его белом мускулистом плече; теперь я смотрела на Амулет Прорицателя ревностно, как на свидетеля нашей любви, и не сразу поняла, что бурые пятна на золотой пластинке не что иное, как ржавчина. — Не смотри, – сказал Луар, не открывая глаз. – Мне неприятно, когда ты смотришь. Я перевела взгляд на его лицо – на моих глазах ласковый ночной Луар снова превращался в бронированное чудовище, подмявшее под себя Сову. — Он ржавый? – спросила я шепотом. Он открыл глаза. Накрыл Амулет ладонью и спрятал под одеялом: — Да… Ржавчина – это знак… Что Тот, кто приходит извне, явился снова. Синица за окном примолкла. По гулкой гостиничной лестнице дробно топотали шаги – вверх, вниз… — Луар, – сказала я тихо. – Ты – маг? Он посмотрел на меня почти испуганно: — Не знаю… — А Сова? – спросила я еще тише. Он удивился: — Что – Сова? Сова уж точно не маг… — А кто Сова? – не унималась я. – Тфим? Он поднял брови: — Так ты все слышала? Я ткнулась лицом ему в плечо. Перед глазами моими в одну минуту пролетели все ужасы последних дней; я всхлипнула и успокоилась только тогда, когда рука его ласково почесала меня за ухом. — Сова… Служитель Тфим. Служитель ордена Лаш, который был в свое время служкой моему отцу… То есть ты понимаешь кому. — Так ты шантажировал его! – радостно догадалась я. Луар поморщился: — На кой пес мне его шантажировать… Я думал, что хоть он-то знает… зачем они освободили Мор. Кто приказал – Магистр или Фагирра? За дверью зычно перекрикивались горничные. — Почему мы все время в гостинице? – спросила я рассеянно. – Всегда в гостинице… Я хочу, чтобы у нас был дом. И дети. |