Онлайн книга «Скитальцы»
|
После танцев гуляки умаялись – шум голосов несколько поутих, служанки, отдуваясь и на ходу поправляя неполадки в одежде, наполнили вином уцелевшие кувшины и принесли из кухни новые бокалы. Теперь, немного опомнившись, обе стыдливо опускали ресницы, соображая, не слишком ли вольно вели себя до сих пор; одновременно в душе у каждой таилась горячая надежда на что-то неясное, несбыточное – и всякий раз, когда запыленный ботфорт будто ненароком касался маленькой ножки, эта надежда, вспыхнув, заливала краской юные лица и нежные шеи. Девушек звали Ита и Фета, и немудрено, что подвыпившие гуляки то и дело путали их имена; впрочем, многие из гостей уже едва ворочали языком и не могли больше говорить комплименты. Страстные взгляды замутились, а вместе с ними понемногу угасла девичья надежда на несбыточное – когда в дверной косяк над головой Иты вдруг врезался тяжелый боевой кинжал. Сразу стало тихо; даже хозяйка высунула из своей кухни обеспокоенный лиловый нос. Гуляки оглядывались в немом удивлении, будто ожидая увидеть на прокопченном потолке грозное Привидение Лаш. Ита сначала раскрыла в недоумении рот – а осознав наконец, что случилось, уронила на пол пустой кувшин. В воцарившейся тишине отодвинулся от стола тяжелый стул; давя ботфортами черепки разбитого кувшина, к девушке неспешно приблизился некто, чей пояс был украшен пустыми кинжальными ножнами. Зловещее оружие извлечено было из дверного косяка; из толстого кошелька явилась золотая монета: — Держи, красавица… Хочешь еще? Таверна взорвалась криками и хохотом. Господа гуарды – те, кто еще в состоянии был двигаться, – радостно колотили друг друга по плечам и спинам, радуясь такой удачной придумке своего товарища: — Это Солль! Браво, Эгерт! Вот свинья, право слово! А ну, еще! Обладатель кинжала улыбнулся. Когда он улыбался, на правой щеке его у самых губ проступала одинокая ямочка; Ита беспомощно стиснула пальцы, не сводя с этой ямочки глаз: — Но, господин Эгерт… Что вы, господин Эгерт… — Что, страшно? – негромко спросил Эгерт Солль, лейтенант, и от взгляда его ясно-голубых глаз бедняжка Ита покрылась испариной. — Но… — Становись спиной к двери. — Но… господин Эгерт… сильно выпимши… — Ты что, не доверяешь мне?! Ита часто замигала пушистыми ресницами; зрители лезли на столы, чтобы лучше было видно. Даже пьяные протрезвели ради такого зрелища; хозяйка, немного обеспокоенная, застыла в кухонных дверях с белой тряпкой наперевес. Эгерт обернулся к гуардам: — Ножи! Кинжалы! Что есть, ну! Через минуту он был вооружен, как еж. — Ты пьян, Эгерт, – проронил, будто невзначай, другой лейтенант, по имени Дрон. В толпе гуардов вскинулся смуглый молодой человек: — Да сколько он выпил?! Это же клопу по колено, сколько он выпил, с чего это он пьян? Солль расхохотался: — Верно! Фета, вина! Фета повиновалась – не сразу, механически, просто потому, что не повиноваться приказу гостя у нее никогда не хватало смелости. — Но… – пробормотала Ита, глядя, как в горло Солля опрокидывается, журча, винный водопад. — Ни… слова, – выдавил тот, вытирая губы. – Отойдите… все. — Да он пьяный! – крикнули из последних зрительских рядов. – Он же угробит девчонку, дурачье! Последовала возня, которая, впрочем, скоро стихла – кричавшего, по-видимому, переубедили. |