Книга Серый, страница 151 – Константин Муравьев

Транс. Счёт.

Я понимал, что глупо вгонять себя в транс, находясь во сне, но ощущения были настолько явственные и реальные, что я уже не отличал своего сна от действительности.

И как это ни странно, я перешёл в привычное состояние транса.

Но опять же, по ощущениям.

На самом деле оно значительно отличалось от того, что происходило со мной в действительности, когда я не спал. Чувство было таким, будто моё сознание выкинуло из тела и оно находится где-то в стороне, наблюдая за всем как безучастный зритель.

Находясь в этом непривычном состоянии транса, вызванного из моего сна, я осмотрелся вокруг.

Комната, та же уже виденная мною комната. Кровать. Но вот в кресле у окна сидит кто-то совершенно незнакомый мне и смотрит на моё спящее тело.

— Видишь? — вдруг раздаётся чей-то голос в моей голове.

И взгляд сидящего в кресле невидяще обшаривает комнату, переходя с моего тела, лежащего на кровати, на меня, парящего где-то под потолком комнаты. Но, не останавливаясь, он возвращается обратно.

Неизвестный не заметил меня. Он не понял, что смотреть нужно в другую сторону.

— Ты меня видишь? — ещё раз спрашивают меня. — Или слышишь? — Уже гораздо тише и потеряв надежду, произносит незнакомец.

Я ощущаю сидящего, понимаю, что он находится передо мной, но никак не могу ответить ему.

Что-то сдерживает, сковывает меня.

И ещё, я не могу его рассмотреть.

Я вижу лишь силуэт, но не могу разобрать деталей.

От незнакомца веет печалью и какой-то безжизненной тоской.

— И ты не сможешь мне помочь, — говорит он, обращаясь ко мне.

Вернее, он просто разговаривает сам с собою, даже не надеясь на ответ.

— Даже брат не чувствует меня, — с грустью посмотрев в мою сторону, незнакомец поднимается и направляется к двери, — даже ему не хватает сил пробить этот барьер. Тот змеелицый, что попал к нам в плен, оказался прав, их технологии погубят не только нас, но и этих глупых детей, что именуют себя венцом творения. Слишком они необычны и непривычны для этого мира. Они чужие…

Рассуждая, незнакомец оказывается как раз подо мной.

Я смотрю на него сверху вниз.

Неожиданно из чистого интереса протягиваю руку, желая коснуться его, понять, а что же это такое.

Хоть говорить я не могу, но я и не говорю. Я ощущаю, или осязаю. Не знаю.

И когда моя рука соприкасается с ним, говоривший неожиданно останавливается и резко отскакивает назад.

— Кто здесь? — кричит он и оглядывается кругом.

Но он никого не видит. Он не видит меня. Странно, я прекрасно слышу и, как оказалось, осязаю его.

— Ты так же заключён в этом пространстве вне времени, как и я? — спрашивает он, смотря куда-то перед собой.

Но я не могу ему ответить, и приблизиться у меня не получается.

Я могу лишь слегка шевелиться, находясь в этом странном подвешенном состоянии.

— Почудилось, — с грустью понурив голову, произносит незнакомец, — опять почудилось…

И он вновь направляется к двери.

Но когда он проходит мимо меня, я опять касаюсь его плеча. Уже специально.

— Ты здесь, — сразу догадался он, остановившись в нужном месте.

Оглядывается, но никого не видит.

— Ты меня слышишь? — спрашивает он.

Прикосновение.

— Значит, да, — кивает незнакомец головой.

— Ты меня видишь? — на всякий случай уточняет он, хотя это и так понятно.

Иначе как бы я его касался в нужный момент, если бы не видел?