Книга Серый, страница 12 – Константин Муравьев

Ну а где ещё, глаза-то закрыты и всё то же тёмное облако на месте моего «я».

Но вот надпись.

Установка выполнена на двенадцать процентов.

«Так мне в сознание и правда что-то пытаются залить, — ошеломлённо понимаю я, — как такое возможно?»

Ответа у меня нет.

Зато теперь я понимаю, что слова доктора, или кто он тут, не пустой звук.

И если я всё правильно расцениваю, то установка пока идёт нормально только из-за того, что моё сознание заполнено лишь тёмным и бездонным вакуумом, в который сколько не вливай, столько там и останется.

Между тем разговор между Боссом и Доком продолжается.

— Так ты не ответил на мой вопрос, — сказал главарь, обращаясь к медику, — ему-то чем всё это грозит?

И я чувствую, что меня чем-то тыкают в ногу.

— Ты про его разум или что? — уточняет Док.

— Да, я о его мозгах, — саркастично ответил тому Босс, — если ты не понял.

— Вас, хуманов, очень сложно понять, — честно признался медик, — а за его мозги, как ты их назвал, можно не беспокоиться, их у него и так нет. Но в нашем случае вернее будет говорить о разуме этого дикаря. Он туп как пробка, никакого осознания себя как личности, никаких знаний или жизненного опыта, абсолютно ничего. Видимо если у него что-то и было, то Хозяйка со своими забавами стёрла и это. Мозг у него есть, и он прекрасно функционирует, но отвечает только за базовые инстинкты и функции организма. Если сравнивать его с любыми обладающими даже зачатками разума существами, то этот дикарь тупее самого тупого животного. Так что я даже не уверен, что гипномодули установятся нормально. Но они точно смогут развернуться, я это могу сказать со стопроцентной вероятностью, а вот уже потом, по их области воздействия и охвата, я смогу вычислить необходимые параметры интеллектуального индекса и прочих величин, необходимых для их полноценной установки.

— А с этим-то что будет? — ещё раз спросил Босс.

— Ну, по истечении названного мною срока его разум, если там что-то есть, откажет полностью и потом его можно выбросить в открытый космос.

«Хреново, — констатирую я очевидное, — разумность показывать нельзя, не знаю почему, но я в этом полностью уверен. Однако и умирать пока нет никакого желания. Что делать?»

— Понятно, — отвечает Босс, — поглядим, что у тебя получилось.

«А ведь и верно, поглядим. Этот Док сказал, что ему нужен кто-то для экспериментов, так надо этим кем-то и остаться».

То, что эти самые гипнопрограммы устанавливаются, я вижу.

Вон уже сорок процентов установлено.

Но нужно как-то пережить эту непонятную встречу, что для меня приготовил блондин с главарём.

«Если я смогу выжить, хотя бы просто уцелеть, то достанусь этому чокнутому медику. А тут у меня появится хоть немного времени, чтобы осмотреться и принять хоть какое-то решение».

Хотя бы понять то, где я нахожусь. А решение, в моём конкретном случае, может быть единственным. Нужно делать отсюда ноги, и как можно быстрее. Не нравится мне это место. Ох, не нравится.

Однако трудно сделать ноги, если даже пошевелиться не можешь.

Сейчас я прикован к лежанке какими-то ремнями. Это я уже понял. И меня собираются тащить туда, где, по их же словам, если я продержусь несколько секунд, то будет уже хорошо.

Значит, опять же встаёт вопрос о том, что мне нужно выжить.

Додумать я не успел, хоть и мысли скакали со скоростью света.