Книга Технарь, страница 5 – Константин Муравьев

Поэтому поняв, что собеседник из меня никакой, тот включил радио и просто несся вперед. Я же задремал.

И все. Больше я ничего не помню. Следующее мое воспоминание – это голос неизвестной.

Неужели мы влетели в аварию? Да вроде и мужик гнал не очень быстро. Да и на трассе никого особо не было. Кто в такую рань, да еще и в выходной день куда-то выбирается?

Так что произошло? Додумать я не успел. Вдруг купол начинает отодвигаться в сторону.

«Вроде у томографа не так, но хотя кто его знает. Я же не медик».

Опять слышу шаги. Поворачиваю голову в сторону приближающейся девушки – медика. И непроизвольно поднимаю руку и протираю глаза. Нет. Так ничего и не поменялось.

«Я точно не в больнице, – спокойно и отстраненно констатирую я, – а если и в больнице, то точно не в той, о которой подумал первоначально».

Две с половиной недели назад. Фронтир.

Военно-научная станция Цикада.

Территория Империи Аграф

— Профессор, профессор… – Лаборант вбежал в двери кабинета, обращаясь к сидящему за столом серьезному аграфу. – Вот. Мы смогли получить нужную последовательность из генетического материала, после чего стало возможным синтезировать ее.

И он протянул ему ладонь, на которой лежала пробирка с какой-то сероватой массой. Ученый спокойно поднял свой взгляд от экрана персонального искина, за которым работал, и посмотрел на так бесцеремонно влетевшего к нему в кабинет молодого аграфа из группы ученых, только недавно присоединившихся к их научной работе. Потом профессор поглядел на его вытянутую вперед ладонь и на то, что лежало на ней.

— Где параметры тестирования? – спросил он, впрочем, даже не протягивая своей руки, чтобы что-то взять у своего молодого помощника.

— Ах, да, – воскликнул возбужденный лаборант. И он быстро передал сидящему за столом профессору информационный чип, на который до этого сбросил все результаты и входные параметры исследований.

Тот вставил его в считыватель и начал просматривать имеющиеся там данные.

— На ком проводилось тестирование? – спросил аграф. – Почему-то этого нет в описании.

Лаборант растерялся.

— Простите, – несколько смущенно произнес он, – я так спешил составить отчет, что забыл прикрепить список доноров и реципиентов к материалам по исследованиям, полученным в результате проведенной серии последних экспериментов. – И молодой научный сотрудник начал перечислять существ, на основании ДНК которых был получен генетический материал, и тех, кому он потом приживлялся.

Профессор, не дослушав его даже до середины, остановил этот длинный поток перечислений.

— Разумные? – спокойно спросил он, не отрывая своего пронзительного взгляда от молодого парня, совсем недавно ставшего работать на них. А если точнее, то на их секретную контору. Лаборант испуганно замер.

— Простите, – тихо, чуть ли не заикаясь и осторожно оглядываясь назад, ответил он, – но проведение испытаний на разумных существах запрещено конвенцией Объединённых Миров и Советом Содружества.

Аграф посмотрел на него, как на идиота.

— Ты все еще не понял, на кого мы работаем? – недоуменно спросил он у него в ответ. Немного посидел, молча глядя на него. А потом кивнул тому на дверь.

Парень, затравленно оглянувшись и выдохнув сквозь испуганно сжатые губы, с огромным облегчением, так и читающимся в его взгляде, вышел, даже выбежал, из кабинета.