Онлайн книга «Кицхен готовится к войне»
|
Выскользнув в окно, Киара снова огляделся. И, задрав юбки, — как с ними женщины живут-то? — бегом бросился по тропинке, которая открылась в розовых кустах, а потом прошла сквозь бастион живой ограды, заставив тёрн убрать колючки. И теперь прямо через лесок. Поле. И вот они… — Расцветают! — сказал Киара и огорчился, что говорил это в пустоту. Подумалось, что было бы куда интересней, если бы кто-то увидел то же, что и он — тёмную-тёмную воду, на которой, на тяжелых, словно из камня вырезанных листьях лежали аккуратные, идеальной формы и размера чаши лотосов. Бутоны раскрылись не все, цветение лишь начиналось. Но ведь начиналось! Белые лепестки, согретые солнцем, впитывали его свет, чтобы ночью отдать мягким свечением силы. Нужно будет срезать. Нет, не все, но вот ту пятерку, что у самого берега расположилась — обязательно. Матушка Анхен обрадуется… Киара снял щит и убрал силу, чтобы не нарушить хрупкое равновесие системы. Слишком долго он её выстраивал, чтобы загубить нелепым спонтанным всплеском. Нет, таковых не случалось довольно давно, но рисковать не хотелось. Он подошёл к воде и, наклонившись, погрузил пальцы. Отклик был, хотя… да, лёгкая дестабилизация ощущалась, что логично. Лотосы излучают собственную силу, которая воспринимается несколько чуждой, что и вызывает ответную реакцию. Надо будет высадить пару кустов бледного чертополоха, который неплохо стабилизирует энергетический фон, сглаживая колебания… Он заметил тень сбоку. И повернулся. И удивился. Но и только. Взметнулась магическая сеть, опав, чтобы стянуть и руки, и ноги. Киара покатился к воде, но был остановлен резким рывком. Сверху навалились, а чья-то рука накрыла рот. — Леж-ать! Мл-чать! — прорычало существо, наваливаясь сверху. — Я есть ты плен! И руку захлестнула петля, а следом прокатилась волна слабости, как бывает, когда силу запирают внутри. Вот… гадство! Киара настолько возмутился, что нашёл в себе силы лишь моргнуть. Он тут и дышать боится, а эта сволочь просто берет и швыряется заклятьями направо и налево. Не говоря уже о том, что ограничитель сам по себе дестабилизирующим элементом является. — Девка! — в лицо дохнуло сладковатой гнилью, как будто тот, кто сидел на нём, зубы не чистил и весьма давно. — Тощий! Сам он тощий. Нормальное у Киара телосложение. Характерно-эльфийское… — Мой девка! Не орать! — последовало грозное предупреждение, и рука с лица убралась. Киара повернул голову и сплюнул, раздумывая, сразу бить или погодить чутка. Нет, тип тяжёлый. Страшный. И воняет, но хуже, если он здесь не один. Точнее, если маг тут не один. — Хороший! Умный! Умный девка — жить! — произнёс тип многозначительно. И взглядом вперился. — Умный девка слушать меня! только меня слушать! Смотреть в глаза медведь! Я твой хозяин! Медведь? Медведей поблизости Киара не ощущал, хотя, следовало признать, что он и этого типа до последнего не ощущал. А тот, явно убедившись, что Киара подчиняется, прижал подбородок к шее так, что перед глазами Киары оказался выбитый на бритой макушке типа медведь. У медведя были чёрные лапы, спускавшиеся на щеки, оскаленная пасть и глаза из красных ярких камней, которые посверкивали и переливались. В них вспыхивали искры силы, и пожалуй, это могло бы заворожить, но… |