Книга Возвращение демонического мастера. Книга 5, страница 94 – Антон Агафонов

Выпивка тоже была, правда Лей и Мор ограничились одним бокалом. Лей сослалась на то, что ещё слишком молода, и это может повлиять на возвышение, а Мор просто сказал что-то вроде «Мне дед говорил: Если увижу, как ты пьешь алкоголь, по голове настучу», хотя подозреваю, что это из-за сдержанности Лей. Не хотел представать перед девушкой выпивохой, отчего ограничился буквально парой глотков.

Меня удивила Мия. Я вообще впервые видел сестру пьяной, да ещё в таком состоянии. И вот не понятно, то ли она просто переборщила, то ли поставила себе цель напиться до такого состояния, чтоб уснуть прямо лицом в тарелке. Но итог один — она вырубилась первой, ещё в середине застолья.

Немного расслабившись, Мор с Лей о чем-то ворковали, и в какой-то момент вообще ушли в соседнюю смежную комнату и о чем-то там долго беседовали. И судя по доносившемуся смеху, им было весело.

Единственный человек, для которого праздник становился всё более тоскливым — Луй. Когда те двое ушли, он ещё долго бросал взгляды на бумажную перегородку, на которой отражались их тени. Мне было его жаль, но я понятия не имел, чем могу тут помочь.

В конце концов он чуть ли не залпом выпил три бокала вина и ушел из-за стола в свою комнату.

А с Мару всё было… интересно. Она вначале как и Лей не собиралась пить, но в итоге не смогла сдержаться. А дальше не смогла сдержать своего интереса ко мне и начала заигрывать. Вначале всё это было достаточно невинно: взгляды, улыбки, интонации в разговорах. Но чем больше становилось выпивки в её крови, тем раскрепощеннее она себя чувствовала. И халат немного ослабила, приобнажила плечи, ссылаясь на то, что ей жарко, специально открывая для меня соблазнительные виды. Ну а когда Лей и Мор уединились, Луй ушел, отпустив предварительно музыкантку, а Мия продолжала дрыхнуть лицом в тарелке, так вообще уселась мне на колени. К тому моменту Мару на ногах стоять уже не могла. И цель этого маневра была более чем ясна — решительное наступление, которое, впрочем, быстро захлебнулось.

Только усевшись, она явно вознамерилась меня поцеловать. Даже потянулась, но тут зашевелилась Мия, и это её отвлекло, а новую попытку она то ли побоялась делать, то ли забыла. Мару действительно перепила, и с фокусировкой внимания у неё были проблемы. Забыв про желание целоваться, она совершенно внезапно начала ныть, жаловаться на свою семью, на Союз, даже на меня, но все это было так невнятно и сумбурно, что я едва ли мог что-то разобрать. Она металась от одной мысли к другой, от одного человека к другому, а после вообще отключилась у меня на руках.

Это было даже мило, если откинуть тот факт, что она испачкала слюнями мое ханьфу.

Взял девушку на руки и отнес в её кровать. Уложил, укрыл покрывалом и немного задержался, смотря на её спящее личико.

И впрямь миленькая.

Глядя на её приоткрытые губки, на мгновение возник соблазн исполнить то, чего она так желала сделать весь вечер, поцеловать её и радоваться тому, что она об этом даже не узнает, но в итоге быстро выкинул это из головы.

Некрасиво это — пользоваться слабостью юной девушки, даже если бы она была не против. У нас ведь даже первого свидания ещё не было.

Так что вместо губ я поцеловал её в лоб. Отстранился и уже собирался уйти, как почувствовал, как дернули ханьфу. Повернулся и увидел, что Мару смотрит на меня сонным и не очень сфокусированным взглядом, держа края рукава.