Книга Возвращение демонического мастера. Книга 10, страница 99 – Антон Агафонов

И увидев это, Алуна испытала не ужас, а восхищение. Легкое, едва заметное, на какое только была способна. Вопреки разговорам, эмоции Пусторожденные всё же испытывали, но слишком слабые, чтобы те ими руководили. Устройство, над которым они прежде работали лишь в теории, Марун воплотил в жизнь.

— Оно завершено?

— Почти, — ответил брат. — Не хватает одного важного компонента. Управляющей структуры, так сказать, — и с этими словами он указал на пустующую нишу в механизме.

— Ты пригласил меня сюда, чтобы я заняла её? — прямо спросила она.

— Нет, ты слишком ценишь свою жизнь. В этом аспекте ты не так сильно отличаешься от людей, — подобный упрек со стороны брата слегка кольнул её, но глупо было отрицать этот факт. Становиться частью столь удивительной машины пусть и честь, но вместе с этим она лишала её будущего, личности. Многие Пусторожденные смиренно приняли бы такую участь, но не Алуна. Марун слишком хорошо её знал, оттого и не предлагал. — Я сам займу место в ней.

— Ты не можешь, ты один из наших главных умов. Не станет тебя, и мы проиграем войну.

— Без Оракула мы проиграем войну, а ты наш лучший полководец.

Алуна несколько мгновений смотрела на брата, испытывая нечто странное. Боль? Грусть? Очень нетипичные чувства для такой, как она.

— Найдем другого.

— Ты сама сказала, времени нет. Я уже всё настроил под себя.

— Хорошо, — несмотря на ровный голос, это согласие стало комом у неё в горле. — Что мне делать?

— Я объясню. Ты должна отсечь мне голову и вскрыть черепную коробку.

* * *

— Оракул — это трофейная вещица, которую создали Пусторожденные во время войны. Её следовало бы уничтожить, но каждый, кому она попадала в руки, в итоге оставлял её, уж слишком соблазнительным была возможность заглянуть в будущее.

— Пусторожденные создали артефакт, способный заглянуть в будущее? — удивился я. Мне было слишком сложно представить нечто подобное.

— Не совсем. Он собирает сведения, впитывает в себя огромное количество информации и предсказывает вариации событий. Ошибаться он тоже может, но делает это редко. Как говорит Лорд Знаний, «погрешности» — продукт недостоверных сведений, а не ошибок выводов Оракула.

— Значит, Оракул сейчас в руках Лорда Знаний?

— В каком-то смысле да, он занимается «обслуживанием» этого механизма, но даже он до конца не понимает, как тот работает. Разумы Пусторожденных были слишком удивительными, чтобы мы могли их постичь, а их наследие до сих пор временами прорывается сквозь века. Что же до твоего вопроса, мог ли Оракул поместить твое имя в список приговоренных? Возможно, если он знал, что ты станешь Костяным палачом. Но как он мог предсказать подобное, для меня загадка. Ведь вы с Говорящей в тот момент никак не могли видеться. Она была пленницей Рамуила, а ты — лишь ребенком из маленькой провинции внешних витков. Никаких логических связей и цепочек, но тем не менее, это случилось.

Лорд и впрямь выглядела задумчивой и немного озадаченной.

— Странно, что сам факт, что приговорили пятилетнего ребенка, никого не смутил, — мрачно заметил я.

— Этот механизм существует уже очень давно и зачастую автоматизирован.

— Зачем вообще это нужно? — решил спросить я не менее важный для меня вопрос. — Неужели преступников нужно карать за преступления подобным образом? Ведь зачастую избавляются совсем не от негодяев, а от ненужных.