Книга Возвращение демонического мастера. Книга 10, страница 66 – Антон Агафонов

И если раньше в такие моменты он был очень размытым, то сейчас то ли из-за того, что я стал лучше контролировать двуединые техники, то ли от столкновения с противником, использующим драконьи техники, он стал очень осязаем.

Во все стороны били ветряные клинки и молнии, барьер дрожал, едва сдерживая выплескивающуюся духовную энергию. Мы двое словно стали бурей, он ветром, я молнией, и от нашей совместной мощи даже духовный камень, который находился под песком арены, дрожал.

Из столкновения я вышел победителем, сумев отбросить противника, и его, вне всякого сомнения, вышвырнуло бы за пределы арены, если бы не окружающий её барьер. Блондин оттолкнулся от него ногами и устремился ко мне, раскрутив свой двойной топор подобно огромному диску, наполненному бирюзовым сиянием.

В этот раз столкновение было столь сильным, что с меня чуть было не сорвало Шкуру, а духовный камень под ногами заходил ходуном. Зрители очень оживились от вида того, на какой уровень внезапно перешла схватка.

Но к его несчастью, я всё равно был сильнее. Рейхор наполнился стихией молнии, и при столкновении разряды обрушились на него всей своей силой, буквально прожигая окружающий его ветряной доспех.

Мужчина заорал и отступил, чувствуя, как начала гореть его кожа и внутренности, но в глазах не было и намека на желание сдаться. Напротив, он лишь разошелся с новой силой. Его движения стали быстрее и непредсказуемее, но мой опыт и стиль Танцующего Дракона, который я освоил пусть не в совершенстве, но на очень высоком уровне, позволяли с легкостью отражать каждую из его атак. Впрочем, я обратил внимание на ещё один небольшой свой недостаток: у меня очень много сильных техник, но когда твой противник столь быстр, то все они теряют смысл. Ни Рассекающий громовой клинок, ни другие техники просто физически не могли попасть. Только это всё равно выходило растягиванием агонии. Аргхо проиграл, просто ещё этого не знал.

В момент, когда он стал выдыхаться, а это чувствовалось по упавшей скорости атаки, я резко перешел в контрнаступление, сбивая его с ритма и мешая к нему вернуться. Он метнул в меня топор, который пронесся совсем рядом, а сам в этот момент попытался перейти в ближний бой.

Я встретил его кулак своим, и в этот момент со стороны могло показаться, словно в воздухе столкнулись два дракона, синий и бирюзовый. Они сражались в разъяренной схватке, но победителем мог выйти только я. Фардин Аргхо отпрянул, морщась от боли, его кулак оказался сломан, а вот я стоял непоколебимо, подобно скале. За все время схватки на мне не появилось ни единой царапины. И если в самом начале это лишь сильнее разъяряло воина, то теперь, после травмы руки, в его глазах уже не было того огня.

Он поймал другой рукой свой топор, вернувшийся подобно бумерангу, и одновременно с этим тот доспех из ветра, окутывающий его, растаял. Вместе с этим пропало и духовное давление.

— Я признаю свое поражение! — громко объявил Аргхо.

Первые несколько мгновений царила гробовая тишина, а следом ожил и местный арбитр. Он вскочил на ноги, отчего его массивный живот словно бы стал только больше, и воскликнул:

— Это… Это была поистине потрясающая схватка! Схватка, достойная главной арены, но к сожалению, победитель может быть только один. Победил Натаниэль Крейн из дома Крейн!