Онлайн книга «Революция»
|
— Петь, а вот Наташа прислала письмо. 'Дорогой и любимый папа! Как ты там? Мы очень переживаем и молимся за твоё выздоровление. Александр и Софийка передают тебе приветы. Проехали линию наших новых крепостей на Кавказе. Муж говорит, добротно строят… Что ж, моему наместнику на Кавказе — царевичу Грузинскому Александру Бакаровичу виднее. Вот и славно, хоть что-то полезное сделаю в этой жизни. … В этом году урожай добрый. Хлеба до следующего хватит. Встречались с грузинским католикосом-патриархам. Он отслужил в Георгиевске молебен за здоровье Батюшки. Весь народ грузинский тебя благодарит. Если бы не твоя помощь, голод там, в прошлом году, был бы великий. Здешние поселяне тоже преисполнены благодарности и неустанно молятся о здоровье Государя-Освободителя, и чтобы год будущий был хороший. Вахтанг писал, что в Университете тоже все надеются на скорое твоё выздоровление, а брату моему всячески в поиске виновных помочь желают. Я волнуюсь за него и всех вас.Уповаю всецело на Господа нашего. С Божьей помощью, надеюсь, что обойдётся. Выздоравливай. Приезжай к нам. Твоя дочь Наташа'. Пять дочерей у меня и шесть сыновей. Из пяти дочерей — три приёмные. Но, для меня они такие же мои родные кровиночки, как и мои дочери по крови. Люблю всех. Снова проваливаюсь в забытье. Может там не будет боли… * * * … — Петь, завтра-послезавтра из Гольштинии приедут Павел с его Катериной. Специально едут повидать тебя… * * * …Моя младшенькая Машенька утешает свою маму — мою Леночку. Правильно. Правильная у меня дочка. Не надо плакать. Я давно уже умер в 2027-м. Умер тогда от дикой боли, как и сейчас. Что-то взорвалось тогда в голове огнём. Помню лишь, как моё лицо ударилось о шахматные фигуры на столе Великой Игры. Я тогда долго умирал. Все вокруг думали, что я умер сразу. Мгновенно. Но, я всё слышал. Всю суету вокруг. Вот как сейчас. Второй раз копчу небо. Зачем? Не знаю. Так ничего и не сделал. Имело смысл? Слышу голос Машеньки: — Мама, хочу с папой посидеть. Мам, как думаешь, папа меня слышит? Вздох Елены. — Думаю, что да. Иногда слышит. Я так чувствую это. Даст Бог… Появился адъютант. Лена кивнула. — Я слушаю. — Государыня. Фельдъегерь из Пруссии. Пакет для Вашего Императорского Величества. Лена явно нерешительно запнулась. Слышу голос Маши: — Я посижу рядом с папой. Иди по своим делам. Елена благодарно произнесла: — Спасибо. Я скоро. Я понимаю, о чём они говорят. Я слышу их. Мне трудно, но они рядом. Я люблю их. * * * САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. ПЕТРОПАВЛОВСКАЯ КРЕПОСТЬ. 16 ноября 1785 года. Час уже Михаил совещается с особистами. Он, Барятинский и Анучин. Обсуждают версии, сводят все полученные от разных служб документы. Десять дней прошло, а ни следователи Тайной канцелярии Шишкинского, ни сыскари генерал-полицмейстера де Бальмена ничего не смогли сделать. Впрочем армейская и флотская контрразведка тоже пока особо не преуспели. Возивший дрова для царских автомобилей крестьянин Сенин выловлен ещё в день покушения в Фонтанке. Утопшим. Найденный полицией с перерезанными венами в ванне доходного дома на Васильевском дворянин Неверов, в прощальном письме, сознался в преступлении. Только, вот, как этот асессор конторы экономии, которому, кроме цифр, на работе ничего писать не дозволяли ввиду явной тупости и чудовищной безграмотности, смог оформить свою предсмертную записку изумительным каллиграфическим почерком без всяких ошибок, следствию неизвестно. В общем, концы в воду. |