Онлайн книга «Империя. Тихоокеанская война»
|
Прибывший с английской правительственной делегацией профессор Кембриджского университета Джон Мейнард Кейнс считает, что работы Джозефа Китчина и Николая Дмитриевича Кондратьева заслуживают выдвижения их на Нобелевскую премию. ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 23 декабря 1921 года Генеральный план развития Константинополя был сегодня мною подписан. Мегаполис. Будущий столичный мегаполис площадью в десять тысяч квадратных километров, раскинувшийся от Чёрного моря до Мраморного, главной рекой которого станет пролив Босфор. Десять тысяч квадратных километров блистательного мегаполиса. И двадцать пять миллионов человек планового населения к 1977 году. Бриллиант мира. Бриллиантовый юбилей моего попаданства. Я, конечно, вряд ли доживу до этого дня, но разве дело в этом? Садовник часто не застаёт настоящий расцвет своего сада. Настоящий бриллиант на землях Новой России. Не хочешь сепаратизма? Встань на новых землях в полный рост сам. Здесь Великая Россия. А Ромея лишь её часть. Иного не будет. Никогда. ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 24 декабря 1921 года Что такое экспромт в политике? Это когда у тебя всё готово и осталось лишь сделать умное лицо. После побега английских кораблей в Новую Зеландию у австралийцев решительно не было никакой возможности продолжать эту войну. На улицах Мельбурна и Сиднея шумели антивоенные демонстрации. Оставшиеся корабли флота были грустны и печальны. Воодушевления не было совсем. Зато были американцы. Предложение американцев о мирных переговорах было принято в австралийском обществе со всем возможным оптимизмом. Что вовсе неудивительно. ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. ТРОННЫЙ ЗАЛ. 24 декабря 1921 года Я не стал скромничать. Сегодня этот зал и ёлка в нём – наши безраздельно. Завтра здесь торжественный Рождественский императорский приём, будет множество самых блистательных и выдающихся гостей: высшее дворянство Империи, сановники, министры, генералы и адмиралы, учёные, промышленники, банкиры, коммерсанты самого высокого полёта, общественные деятели и прочая, прочая, прочая. Будут они со своими семьями и детьми. Будет шумно и весело. Конечно, будут всякого рода иностранные послы и посланники, представители Великих Домов, и, безусловно, много прессы. Но всё это будет завтра. Сегодня этот зал и эта ёлка только и исключительно наши. Я позвал лишь самый ближний круг. Возможно, кому-то покажется странным, но я включил в ближайший круг не только близких родственников, но и своих приближенных двора. Не министров и сановников. Нет. Их час наступит завтра. Я позвал фрейлин императрицы, позвал своё ближайшее окружение. С семьями позвал. И с детьми. С внуками. Сегодня неформальное Рождество. Рождество для своих. Для самого ближнего круга. И пусть не все мелкие дети смогут дотерпеть до полуночи и не уснуть, но свои подарки получат все без исключения. С личными рукописными автографами императора и императрицы. Зал был заполнен. Пусть у нас не было тут того аншлага, который будет завтра, но я и не стремился к этому. Рождество всё-таки это семейный праздник. |