Книга Империя. Тихоокеанская война, страница 130 – Владимир Бабкин

ИЗ СООБЩЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА PROPPER NEWS. 29 ноября 1921 года

МАНИЛА. Наши корреспонденты сообщают о вновь вспыхнувших волнениях в знак протеста против выводов комиссии Вуда−Форбса о неготовности Филиппин к независимости от США. Из здания парламента в Маниле к собравшимся на площади вышли многие депутаты и заявили о своей поддержке требований митингующих.

Отмечается, что американская администрация пока не отдала приказа о силовом разгоне протестной акции, на основании чего эксперты делают выводы о возможности некоего компромисса между американскими властями и филиппинцами. Среди вариантов разрешения кризиса называют сохранение нынешнего статуса зависимой территории США с широкими правами, объявление автономии в составе Соединенных Штатов, провозглашение конкретных сроков переходного периода перед объявлением независимости Филиппин. Называют ориентировочные сроки такого переходного периода от десяти до двадцати пяти лет.

В любом случае, волнения на Филиппинах добавят неопределённости в регион, который и так охвачен боевыми действиями между странами − участницами Третьей Тихоокеанской войны.

Напомним нашим читателям, что по итогам американо-испанской войны 1898 года официальный Мадрид передал США ряд территорий, включая Филиппины. Провозглашение независимости Первой Филиппинской республики привело к немедленной войне с США, которая официально закончилась в 1901 году победой Америки, хотя бои с отрядами партизан в отдельных районах длились до 1913 года.

Нынешние волнения вызваны выводами направленной на Филиппины президентом Френком Орреном Лоуденом комиссии, которую возглавляли сенаторы Уильям Камерон Форбс и Леонард Вуд. Выводы комиссии о неготовности к независимости были широко раскритикованы на Филиппинах.

Мы будем следить за развитием событий.

КОРОЛЕВСТВО САРАВАК. В ВИДУ ПОРТА МИРИ. СУПЕРЛИНКОР «ПАНТОКРАТОР». 30 ноября 1921 года

Никита Александрович после вахты задержался на площадке в надстройке корабля. Сдав бинокль новому вахтенному офицеру, он был вынужден обходиться сейчас без оптики, пытаясь разглядеть происходящее на рейде порта Мири.

— Как думаешь, что будет дальше?

Мичман Романов пожал плечами.

— Командованию виднее.

Однако сосед по каюте мичман граф Сладков и не думал отставать.

— Да ну. Брось. Держу пари, что объявят блокаду и потребуют интернирования японцев.

Никита хмыкнул:

— А австралийцев куда?

Сосед пожал плечами.

— А кто ж знает. Тут же не поймешь. Мы то воюем с ними, то нет. Как понять-то? Но пока наши всячески избегали открытого боя с австралийцами. Те делали то же самое.

— Фактически предавая японцев раз за разом.

Сладков кивнул.

— Это, да, но пусть они там сами разбираются. Просто я думаю, что австралийцам позволят уйти.

— Аргументируй.

Сосед сморщился, как от зубной боли.

— Ой, Никитос, я тебя умоляю. Австралийцы на рожон не лезут, а нам зачем лишний противник? Насколько я знаю, у них вполне приличный флот. Не думаю, что нам он нужен в активных противниках.

Романов сделал неопределённый жест.

— Ну, не знаю. Держать их у себя за спиной и знать, что австралийцы в любой момент могут ударить в спину – это не лучшая стратегия, как по мне.

Хохоток.

— Эй, стратег! Ну что? Пари? Ставлю червонец!

В руках графа засверкал золотой кругляш с профилем Михаила. Никита внутренне вздохнул. Вот далось Сладкову это пари! Но от него же не отвяжешься!