Онлайн книга «Империя. Тихоокеанская война»
|
В конце концов, поскольку все попытки реально запретить химическое оружие на международном уровне закончились лишь общей болтовней, то почему Россия должна отказываться от столь эффективного метода борьбы с укреплениями противника? Артподготовка была мощной и шла уже третий час, прерываясь лишь на моменты авианалётов русской авиации на японские позиции, благо небо очистилось и в дело вступили бомбардировщики. Десятки и сотни самолётов наполнили небеса своим гулом и свистом падающих бомб. Сотни орудий артиллерии и танков дополнили усилия авиации. Начинало темнеть. Тяжёлые танки ТРБЗ-20М его батальона добавляли огня из своих 107-миллиметровых орудий по позициям, обнаруженными вторым танковым и мотострелковыми батальонами, маневрирующими впереди. Задачи взять укрепления этим вечером перед танкистами не стояло, этим вопросом ночью займутся морпехи, ССОшники и десантники. Задача танков, артиллерии и авиации максимально подготовить площадку, дабы спецназ мог взять необходимый для утренней массированной атаки плацдарм. Кто атакует вечером? Да никто. И не ждет этого никто. Плохо атаковать вечером. Занять ничего не успеешь, развить наступление не сможешь, да и вообще… Но, с другой стороны, вечером обороняющиеся предельно расслаблены. День окончен. Идут последние поверки и проверки. Скоро отбой. Всё предельно формально и никому ничего, по большому счёту, и не надо. Скоро японский отбой. Глаза слипаются и хочется зевать. Да, кто спорит, за ночь наступающие мало что могут развить и усилить в части наступления, но ведь и обороняющиеся не слишком-то преуспеют в этом. Более того, когда у обороняющихся впереди световой день, то и решения принимаются как-то быстрее. А ночь – она сковывает движения и делает бессмысленными суетливые команды. Залпы орудий. Тяжелых орудий. Тяжёлые гаубицы, дополняемые полутонными бомбами. Впереди приятная ночь для обороняющихся. Осыпающиеся потолки и стены. Дрожь земли. Содрогание всего и вся. Вонь противогаза, ресурс фильтров которого уже закончился. Сладковато-отвратительный запах химического оружия. Трупы, до которых уже никому нет дела. Впереди лишь страшная ночь. ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. РАДИОЦЕНТР. 22 ноября 1921 года — Ваше императорское всесвятейшество и величие, ваше императорское величество. Для нас и для всей редакции «Радио Царьград» огромная честь приветствовать вас в нашей студии. И в начале нашего разговора я поспешу от имени всех ваших подданных поздравить ваше всевеличие с днём рождения. Многих вам славных лет во имя нашей Империи, здоровья и крепкого семейного счастья. Улыбаюсь и киваю, покосившись на Машу. Она просто цветёт. Что ж, двадцать лет позволяют блистать, опираясь лишь на природный шарм и воспитание. Никакие пластические хирурги тут ещё не нужны, так что миру будет явлена прекрасная императрица, тем более что стрёкот камер обеспечит жаждущим зрителям яркую картинку. Тут уж граф Суворин постарается, не сомневаюсь. — Благодарю вас, Алексей Григорьевич. Очень приятно. Уверен, что государыня не будет против семейного счастья. Про меня и говорить нечего. Маша улыбнулась. — Уж точно, против счастья я не буду. Алексеев (в «девичестве» одессит Лившиц) активно закивал, явно пытаясь определить линию беседы. Что ж, его понять можно, ведь не каждый божий день к тебе в студию являются император с императрицей. Как себя вести? Что говорить? И ладно бы граф Суворин как-то подвёл беседу и провёл подготовку, так нет же. ЗДРАСЬТЕ ВАМ ЧЕРЕЗ ОКНО, как говорят в Одессе. |