Онлайн книга «Огнем и Мечом»
|
Ставку я расположил тогда в Киеве. Туда ещё раньше отбыл знакомый с местными ландмилицейскими делами генерал-фельдмаршал Салтыков. Войска стягивались и из Первопрестольной, и из столицы. Я рассчитывал быть готовым к апрелю. Но, не успел. Пленённые мною немцы не смогли восстановить Ивановский канал, точнее там мало оказалось водицы… В общем, половину пришлось, как всегда, на себе, да на лошадях тащить. Не рассчитывал я что так удачно выйдет с Фридрихом. Надеялся с турками в будущем году сцепиться. Но, уж если дважды к ряду так подфартило, то грех Судьбу испытывать. Ушедший Якуб-бей, он же Яков Измайлович Рудзевич происходил из татарских княжат Литвы. Он знал несколько языков и уже давно подвязался у единоверцев ногаев Едисана по коммерческой и дипломатической части. Собственно, он мне механику этих набегов и открыл. Пока Фридрих был у меня на лечении, Кырым-Герай вышел на принца Генриха Прусского и помочь ему в нападении на русские земли уговорил. После Георгенбургского мира набег бы сорвался, но гарантом сделки был не Берлин, а Лондон… Англичан не касался наш мир с Бранденбургом. Им было нужно, чтобы я войска оттуда подальше переместил. Собственно, как и всегда: Business, nothing personal. Бизнес, ничего личного. Never say never. Я догадывался об этой сделке. И даже был уверен что «англичанка будет гадить». Потому начал готовить уроки приучения её к толчку заранее. Лондон заботится об ущемляемом русскими народе крымских работорговцев? Ну так я тоже позабочусь. На Островах не один ущемляемый народ есть… Так что на ногайцев с крымскими татарами я злобы не держал. Они как дети. Поймут если хорошо высечь. Степь потому всё лето горит, но отвечать должны и взрослые. А значит за сожженные Новомиргород и Бахмут ответят пожаром Шеффилд и Лондон. Never say never. Business, nothing personal. Но и сюда я не с миром пришел. Едисанских ногайцев больше нет. Кто сбежал в Буджак, кто сдался в полон, а кто и не успел… Некоторые в Очакове. Но, это пока турецкая крепость Ач-кале и мы всего лишь осадили её требуя беглецов выдать. Джомбойлукские ногаи успели за Перекоп уйти, но немало стад и семей здесь бросили. Едишкульцам сейчас воздают за набег запорожцы Билецкого да торгуты Шеаренга. Казаки искупают то, что татар в Ново-Сербию пропустили, тамошних граничар даже не предупредив. А калмыкам-торгутам земли для кочевья нужны. Джунгария разгромлена и тамошние монголы к нам в прошлом году как раз пришли. Поддержать джунгар против Китая у меня не было сил. Далеко, да и пока бессмысленно. Горный Алтай мы и так под шумок заняли. И в Туву вошли. Беженцы же оттуда к нам пришли как раз вовремя, лет через десять мне тех же торгутов селить было бы не где. Сейчас же кочевники снова теснят кочевников. Торгуты воины и буддисты. Тем и хороши. С турками они не споются, а значит, набеги за рабами прекратятся. Такого варварства в традиции торгутов нет. Дурное дело не хитрое, конечно. Но у меня будет время крепости поставить, отвоёванные чернозёмы земледельцами заселить. Надо только вот с женщинами для поселенцев вопрос решить. Казаки с калмыками гоняя ногаев, как раз занимаются этим. Без женщин никак не заселить эти земли. — Ступай и ты Александр, — отпустил я капитана Никифорова бывшего при нашем разговоре переводчиком, — скажи, чтоб через полчаса почту принесли. |