Книга Огнем и Мечом, страница 111 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Команды построены. Жму руку Толстому — тренеру казанцев. Барятинский вручает диплом. Ученицы московской женской гимназии на конках подъезжают к игрокам и вешают им на шеи медали. Медные, но покрытые платиной. Чтоб не зеленели. У нас она в новинку. Но испанцы не зря её сразу стали «серебришко» называть.

Теперь победители. Та же процедура. Только медали золотые и я жму руку, а зять вручает кубок графу Мюнхаузену. Играющий-тренер. Он, будучи комендантом Кёнигсберга, вместе с моими конногвардейцами, учил пруссаков в клюш играть. Талантливый бестия. И верный. Мне верный. Но, глаз лучше с него не спускать. Да и с прочих тоже.

В честь победителей соревнований готовятся поднять национальный флаг.

Стягов сейчас в стране много. Я не большевик и не стал менять всё. Бело-сине-красный флаг остался торговым. Андреевский сине-белый остался военно-морским. Красный широкий крест с гордым Орлом и с Георгием Победоносцем на белом благородном фоне — Знамя нашей Армии. Чёрный двуглавый орёл на золотом фоне остался символом Императора и Династии.

Но страна — это не только Династия и армия с флотом военным и торговым. В этой стране ещё народ есть. И становясь нацией он нуждается в национальных символах. Во Флаге. И в Гимне.

Их выбор — непростой вопрос. Мы между собой долго обсуждали. Не было однозначного мнения. Гимн без Царя напоминал республиканский. Еретический по сути. Но, я не хотел Гимн, который просто «Государство — это я». Да, я — Помазанник Божий. Для меня персонально у русского народа уже «Молитва» есть. Но, я — часть своего народа и своего Государства. И не хотел, чтобы мои потомки вдруг подумали, что народ для них, а не они для народа.

Лина, мудро и осторожно, была против. Павел, по молодецкой своей удали, — за.

Пусть Павел пока молод. Но, это его страна. И я не допущу того, чтобы она на него просто вдруг обвалилась. Ему после меня править, и лучше, чтоб меньше пришлось переправлять.

Какие уж тут шутки.

Он тоже несёт ответственность.

Потому никого более к выбору символов и не привлекали.

В Присяге народа нас было ТРОЕ.

Вот нам ТРОИМ и решать.

Мороз. Вырывает меня из размышлений.

Церемония награждения заканчивается.

Августейшая Великая Княжна Наталья Петровна величественно подошла к конструкции громкоговорителя. Заиграл новый Гимн Российской Империи.

Наталья запела:

— Россия — священная наша держава,

Россия — любимая наша страна.

Могучая воля, великая слава —

Твоё достоянье на все времена!

Пополз по флагштоку вверх русский флаг. Золотой Андреевский Крест в серебряном обрамлении на фоне цвета Алого Стяга Христа Спасителя Нерукотворного.

Павел начинает негромко подпевать. Барятинский. Белосельская. Полторацкий. Пою и я. Гимн новый. Но мы все его готовили. Лиза с Марком в первый на новогоднем концерте в Опере исполнили.

На припеве вступает слажено команд Кёнинга.

Откуда? Слов мы пока не распечатывали. Ай, да Иероним Георгиевич! Ай, да пройдоха! Половина же немцев русского то толком не знают. Но, сумели за два дня слова разучить!

Пруссов поддерживают казанцы. Не так слаженно, но громко. Подхватывают и куплет.

Богатые трибуны сидят тихо. Но после второго куплета припев запевают посадские.

— Широкий простор для мечты и для жизни… —поет дочь.

Мы семьёй и команды поддерживаем, не сдерживая голоса. В рупор всё одно сильней.