Онлайн книга «Наследник двух корон»
|
Финт – туше, выпад – парирование… Я новичок, но не отступлю. Барон замечает: — Если бы я не знал, что ты – внук Петра, я мог бы догадаться. — Похож? Звон металла. — Внешне? Не так чтобы слишком. — Тогда что? Звон. Вольт, рипост… — Туше! Я его достал! Продолжим. — Ангард! Блеск металла в свете заходящего солнца. — Взгляд. У деда твоего взгляд был примерно таким же. Яростным… Но… У тебя он более… глубокий… страшный, а у Великого он часто… был на грани яростного безумия… Он не видел препятствий… Не получилось сразу? Попробуем еще десять раз… Ты… Не знаю… Может, жизнь в Киле наложила отпечаток… Петер… не верь никому… И мне не верь. Будь собой… Все у тебя получится… Туше! Острие его шпаги у моего горла. — Петер, не верь никому. И мне не верь. Я тебе не друг. Лишь шпаге своей верь. Ангард! Солнце почти зашло, но мы вновь сошлись в сверкающем поединке. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ГАТЧИНА. 10 января 1742 года — И где же волки? — В лесу, ваше императорское величество. Не извольте беспокоиться. Охота – всегда в распоряжении вашего величества. Леса дикие. Тут всякой живности полно. А изволить соизволите, так и на Дворцовую площадь доставим к вашему удовольствию, государыня. Князь Куракин демонстрировал полное почтение и глубочайшую лояльность. Еще бы, с его-то чередой пожалований, следствий, помилований и вновь следствий. Уж точно он предпочитает роль самого радушного подданного, который досточтимо принимает свою властительницу, чем беседы в «келье» графа Ушакова. Он служил разным государям и государыням. Жаловали и владеньями, и поместьями, и опалой, и каторгами. Он служил всем. И обоим Петрам. И Анне Иоанновне. И малолетнему Ивану Третьему. И теперь вот служит Елисавете Петровне, которая пожаловала ему должность сенатора. Хотя, казалось бы, он не был другом новой императрице. Но она сочла полезным приблизить его к себе. И даже почтила благосклонностью его приглашение устроить охоту на пожалованных ему землях. И она высочайше соизволила: — Волков на Дворцовую площадь не надобно. Нам тут и своих некуда девать. А к вам, что ж, извольте! После Новогодия и приеду! Приезд в дикую Гатчину – то еще испытание. Ужасная зимняя дорога сквозь лес. Целая вереница саней, каких-то кибиток, навьюченных лошадей, солдат и офицеров гвардии, слуг, конюхов и прочих. И, конечно же, огромное количество тех, кто не мог не принять участие в охоте. Государыня пожелали, значит, так тому и быть. И озаботиться всем нужно заранее. Князь спешил, снаряжая в Гатчину целые вереницы распорядителей, егерей, обслуги, припасов, зарядов для фейерверков, еды, питья, прочего веселья. Что есть Гатчина? Деревня в лесу на дороге. Господский дом. Постройки. Трактир. Скоро в эту дремучую благодать ворвутся тысячи шумных людей, лошадей, подвод, живности, солдат, кутерьмы, свирелей, храпа коней, звона металла, глухого топанья копыт и ног, хохота и женского смеющегося визга, бравых уханий, парадных команд, бульканья, звуков тех, кто едва успел (или не успел) отбежать от основной колонны, перекличек, смеха, капризов, невозможности или желания – всего того, что наполняет роскошь императорской охоты. КОРОЛЕВСТВО ПРУССИЯ. ПЕРЕДНЯЯ ПОМЕРАНИЯ. ДАММ. ПОСТОЯЛЫЙ ДВОР. 10 января 1742 года Мы пили пиво. Просто и без затей. Барон выглядел очень озабоченным. |