Книга Золотая клетка, страница 85 – Юй Сы

Шан Юй же, напротив, привыкший к тяжелой пище дома – его отец пристрастился к ней во время своих поездок по Поднебесной и привез эту привычку в столицу, – любил ярко-красные перченые блюда и жареное мясо, которое он всегда запивал чаем. Чжоу Су был прекрасно осведомлен о привычках как императрицы, так и великого советника, потому совершенно не удивился приказаниям.

— Благодарю Ваше Величество за заботу. – Шан Юй кивнул, принимаясь за еду. Мин Сянь краем глаза наблюдала за ним.

— Мы все понять не можем, как ты можешь есть такую острую пищу, – наконец не выдержала она. То, что Шан Юй ел острое, кстати, было одним из самых больших сожалений в детстве Мин Сянь – она так и не смогла ни разу над ним пошутить, подсыпав перца ему в еду. Зато когда однажды Мин Сянь подлила бывшему наследному принцу острой приправы, тот кашлял так, что весь покраснел. Как впоследствии оказалось, почти все отпрыски императорского рода (за исключением Мин Синя) страдали от аллергии на острое. Больше Мин Сянь так не шутила.

Поэтому на общих приемах пищи во дворце Шан Юю никогда не доставалось ничего острого. Ведь безопасность принцессы и впоследствии императрицы была важнее всего. Шан Юй, пробыв столько лет рядом с Мин Сянь, конечно, был прекрасно осведомлен о ее аллергии, поэтому подвинул блюда еще ближе к себе. Однако Цзи Хэ об этом не знал – он тут же схватил палочками кусочек тофу и положил в тарелку императрице.

— Тетушка-императрица, попробуй! – сияя улыбкой, произнес юный принц. Мин Сянь, все еще смущенная из-за Шан Юя, неосознанно взяла кусочек, не замечая, что тот весь в перце.

— Ваше Величество, – предупредительно сказал Шан Юй, вцепляясь в локоть девушки. Палочки той остановились в воздухе. Мин Сянь посмотрела на кусочек тофу в перце и со вздохом положила его обратно в тарелку.

— Спасибо, Цзи Хэ. Мы не едим острое, – сказала она. На свежем морозном воздухе рука Шан Юя на ее локте казалась обжигающе теплой.

— Вашему Величеству стоит быть осторожнее, – ласково произнес Шан Юй, выуживая кусочек тофу из тарелки императрицы и отправляя его в свой рот. – Чжоу Су, замени рис Ее Величеству.

Евнух тут же отдал приказ принести свежую миску риса, не испорченную острой подливой.

— Извините, – повинился Цзи Хэ, глядя на то, как слуги уносят испорченный рис. – Я не знал.

— Ничего, – Мин Сянь протянула руку, гладя его по голове. – Мы с детства не любим острое, откуда тебе было знать. Попробуй шпинат.

— Но Шан Юй знает, – вскинул на него взгляд мальчик. Его большие чистые глаза смотрели на советника.

— Это потому, что я уже много лет подле императрицы, – отозвался Шан Юй, глядя на руку девушки, гладящую по голове мальчика. – Я не только знаю, что Ее Величество не ест острое, но и помню все ее любимые блюда, время приема пищи, а также любимые сладости. Ее любимое вино – осеннее кизиловое, ее любимые сладости – османтусовое рассыпчатое печенье, она любит юэбины^[65] с Праздника середины осени, почти не ест мяса, только нежирную утку или свинину, ее любимое блюдо – это свежие ростки бамбука с белым тофу. Императрица обычно пьет жидкую кашу на завтрак с несколькими закусками, обедает поздно – после того, как просмотрит все доклады, и часто пропускает ужины…

— Все-все! – вскричала Мин Сянь, вскакивая с места. – Хватит! – Шан Юй умолк, на его губах играла легкая улыбка. Он смотрел в пунцовое от стыда лицо императрицы и думал, что та невероятно мила. – От великого советника Мы, кажется, не имеем никаких тайн, – прошипела она зло, похожая на рассерженного котенка. Цзи Хэ хихикнул, давясь тофу. – Довольно смеяться над Нами!