Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
Шоу-программа закончилась, и неугомонный сегодня Тарек выскочил на сцену одним из первых. Прыгая и махая конечностями под главный хит сезона «It’s my life!»[16], он перекрикивал ревущие одноименный припев колонки стихами собственного сочинения и «резал» себя ребром ладони по горлу: — It’s my knife! For my wife![17] Услышав импровизации Тарека, съехавшего с обычной колеи, Ашраф в глубоком ужасе нагнулся под стол и сделал вид, что завязывает шнурки. А когда вылез, то увидел, что рядом с этим недоразвитым выплясывают все его дамы с любимой Нонной в том числе. «Сейчас я его убью!» — задохнулся он и рванул от греха подальше в туалет. — Ох и хорошо здесь на дискотеках! — орала Милке на ухо дергающаяся в танце Иринка. — Ты только глянь… Здесь танцуют одни мужики, а нам можно смотреть и, уж если сильно приперло, себя показать! — Это точно! — соглашалась Милка, изображая ногами «дорожку» Майкла Джексона вокруг Иринки. — Помнишь, у нас на дискотеке в «Современнике»? На танцполе выпендриваются одни девчонки, а мужики по стенкам с оценивающими взглядами до конца стоят. Медляков ждут… — Ага… Показательные выступления с женской стороны и выборы с мужской! — Хи-хи! А как включат три несчастных медляка в конце… И тут уж, дорогие девушки, кто как глазками стрелял или попкой крутил! — И начинается… Стоят девчонки, стоят в сторонке… И ждут, ждут… Может, пригласит кто… — Не… Однозначно здесь рай для баб!!! Ланка, скромно пританцовывающая рядом, добавила: — И возрастных ограничений нет… Вон как бабульки зажигают… Две седовласые дамы в шортиках действительно выдавали на гора умопомрачительные фортеля, какие, казалось, просто невозможно исполнить в их возрасте. А когда диджей включил рок-н-ролл, к ним присоединились два молоденьких мальчика-египтянина, которые вообще не уважали седины старушек и вертели их как молодок, показывая всей дискотеке акробатический класс. Бабульки летали, как электрические веники, были довольны, веселы и бодры, словно девицы на выданьи. Потом оказалось, что действительно на выданьи. Мальчики-египтяне вели себя как кавалеры, чмокали бабусек в сахарны уста, обнимали оплывшие талии и всем своим видом демонстрировали вселенскую любовь… — Может, это мамы мальчиков… — недоумевала Ланка. — Ты что! Бабульки явно европейки! — возражала ей подруга-Милка. Иринка же, всю жизнь признававшая себя циником, рассмеялась: — Да хватит вам! Ну, сняли себе бабушки мальчиков-зайчиков! — Ужас… — пролепетала Лана, что мялась рядом с современными европейскими бабульками и никак не могла адаптироваться в новой для себя среде. Казалось, что все вокруг нереальное, происходящее во сне и не с ней. Она и танцевать-то вышла, потому что все пошли. Неудобно остаться сидеть одной. Выглядело бы неправильно и неестественно. А вот Нонна и мистер Тарек очень органично вписывались во всеобщую атмосферу праздника и выступали уже дуэтом, изображая нечто среднее между рок-н-роллом и ламбадой. Раскрывший в себе хореографический талант Тарек исполнял сложные па, но Нонна, показывающая все, на что способна, не учла, что партнер только начал свой путь в искусстве. Она дрыгнула ногой, обхватила ею талию будущего Мариса Лиепы и резко ушла в прогиб. Мистер Тарек, не ожидавший акробатических этюдов, сумел только судорожно схватиться за Нонкину ногу на своей талии и с ужасом пронаблюдать, как голова партнерши со всего размаху налетает на локоть рядом выплясывающего парня. Парень сразу же извинился, но мистер Тарек, почувствовавший в себе настоящего мужчину, гневно заорал на своем туземском и толкнул обидчика в грудь. Обидчик был не один и через секунду новоявленного защитника угнетенных и притесняемых не стало видно из-за навалившихся тел. Нонна вся в слезах, трагично заломив руки, в жутком расстройстве покинула танцевальную площадку. |