Книга Улыбайтесь - вы в Египте!, страница 36 – Елена Серебрякова

— Давно слышал, что русские девушки самые красивые в мире, и сейчас в этом убеждаюсь…

Нонна действительно была красавицей. Огромные серые глаза, аккуратный носик и небольшие, красиво очерченные губки могли сделать честь любой модели. Фигура тоже не подкачала. Хотя Нонна и была склонна к полноте, все в ее теле выглядело пропорционально и, с мужской точки зрения, аппетитно. Портила сей миловидный образ только излишняя жеманность, но, как она успела заметить в свою первую поездку, восточным мужчинам сверхмерные эмоции, смены настроения и играющее в одном месте детство были по вкусу. Они принимали такие условия игры или просто считали, что женщины должны быть немного куклами. Позже, просмотрев несколько египетских фильмов, Нонна поняла, откуда такие познания женской натуры, и эта роль не составляла для нее труда. Вот и сейчас, после нехитрого комплимента, Нонна картинно засмущалась и, сделав брови «домиком», возразила голосом обиженного ребенка:

— Да что вы! Я совершенно безобразна. Вот только взгляните: глаза слишком большие, а носик и ротик — малюсенькие! Я даже не могу самостоятельно откусить от яблока, всегда пользуюсь ножом!

— Нонна! Вы не осознаете своей привлекательности! — яростно возражал в ответ мистер Тарек. — Посмотрите в зеркало! У вас все так, как нужно!

— Ах! Не успокаивайте меня! Я точно знаю, что выгляжу скверно! — приложила она протянутую джентльменом салфетку к лицу. — У меня было отвратительное детство. Папа бил маму, вечно не хватало денег, младший брат донашивал мои вещи, а я столько плакала, столько плакала… А уж когда смотрю в зеркало, становится невыносимо! Почему я такая несчастная?!

Бедный мистер Тарек уже и не знал, как успокаивать русскую красавицу. Всем сердцем он сопереживал ей, думал, что жизнь несправедлива, и жалел, что не свободен, как птица. Эх! Если бы она встретилась ему раньше! Он бы защитил, помог и все устроил! А сейчас любой адюльтер чреват незабываемыми последствиями. Но, по крайней мере, пригласить ее куда-нибудь он может. Пусть развеется, забудет о прошлой горькой жизни хотя бы на время. Однако надо быть осторожным: если что-нибудь крамольное заметит тесть, действительный хозяин отеля, возникнут неприятности. Следовательно, приглашать надо всю русскую группу и объяснять выход в свет с чисто женским коллективом деловой необходимостью и знаменитым египетским гостеприимством.

— Бабы! Мы идем сегодня вечером в ночной клуб! — по-деловому сообщила Нонна, смачно вгрызаясь в мякоть наливного яблока. — Форма одежды — парадная, норма поведения — руссо туристо облико морале. Ферштейн?

Милка аж вскочила с шезлонга и забегала кругами:

— Катастрофа! Мне нечего одеть! Ой, какая неприятность, какое горе! Мама моя родная, папа не родной!

— Постой, паровоз! — прервала ее Иринка. — Нам же никуда нельзя!

— С этим товарищем можно! — победно заявила Нонка и растянулась на шезлонге с чувством выполненного долга. — Он — хозяин нашей богадельни.

Ланка моментально скинула с себя дремоту и поинтересовалась:

— А эта дискотека надолго?

— А что такое? У тебя более важные дела есть? — ехидно спросила лидер, бросая тревожный взгляд на Милку, активно нарезающую круги вокруг их импровизированного лагеря и бормочущую под нос вечный русский вопрос «Что делать?».