Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
«Почему Нонка такая эгоистка, а? — сердилась Мила. — Она просолировала одна. Надо было держаться вместе. Почему бы ей не посмотреть вокруг себя? Из-за ее бешенства матки или еще чего, науке неизвестного, улетают все. Всех перебаламутила и сама же напортачила! Права Иринка: немецкая гастроль тоже накрылась Нонкиным половым органом». — Девочки! — вдруг очнулась Лана. — У кого есть мелочь? — Зачем? — сонно откликнулась лидер. — Надо бросить в окно! Чтобы вернуться. Примета такая… — Ты можешь выкинуть все свои доллары и все золото, но если не суждено… — Ирина протянула ей то, что наскребла. Ланка взяла мелочь, открыла окно и кинула. Монетки быстро покатились по только что политому асфальту, где коряво, вверх ногами, отражалась неоновая вывеска — «Ноев ковчег»… ОДНА НОГА ЗДЕСЬ, ДРУГАЯ — ТАМ Утренний Каир… Опять гудение машин, фешенебельные и покосившиеся дома рядом, как иллюстрация неравенства, люди, неспешно бредущие по своим делам, пение муэдзинов и смог, смог, душный смог… Огромное здание аэропорта встретило кутерьмой и объявлениями на всех языках, чемоданами, баулами, арабами из стран залива в белоснежных галабеях и клетчатых «арафатках» на головах, европейцами, смутно понимающими, куда их зовет гид, уборщиками в синих, грязных комбинезонах, делающих вид, что усердно выметают сор, привинченными к полу желтыми, пластиковыми стульями, где многочисленные отъезжающие оставили свои следы цивилизации: смятые банки пепси, салфетки и шелуху от тыквенных семечек… На табло вылетов призывно мигала оранжевая лампочка, сигнализируя, что рейс в Москву уже регистрируется. — Это вам, — грустно молвил Ебейд, протягивая какой-то рулон бумаги. Развернув его, девушки увидели настоящие картины: портреты Нонны, Ирины, Милы и Ланы, прекрасные лица среди морских волн, разноцветных рыбок и причудливо извивающихся водорослей, переплетающихся с волосами. — Я назвал эту серию «Русалки»… — Кто бы мог подумать, что наш Ебейд — такой талантище!!! — воскликнули девушки и бросились к талантищу обниматься. — Ей-богу! Как будто лица русалок смотрят из глубины моря!!! И все так похожи!!! — Вы — самое прекрасное, что было в «Солнечном береге»… — смущенно промямлил Ебейд около стойки регистрации на рейс Каир — Москва, последнего рубежа, до которого ему предписывала проводить девочек инструкция. Там же он был обязан отдать билеты, паспорта и проследить, чтобы русское шоу «Соло» зарегистрировалось на рейс. — Мистер Ебейд! — прижав свой портрет к сердцу, с жаром заговорила Ирина. — Это так волнующе! Мы так тронуты! Нонна, состроив брови обычным способом, продолжила: — Вы нам как семья!!! «Солнечный берег» — дом родной!!! Уж и не знаю, как мы вдали от вас… — Дорогой! Брат!!! Я щас заплачу… — растроганная Милка присела на чемодан и зашмыгала носом. Рядом с ней пристроилась Лана и закрыла лицо руками, подвывая. — Нет сил это перенести! — заломила руки лидер коллектива. — Ах, Ебейд! — Девушки! Ну… не надо… — растерявшийся секьюрити сам украдкой смахнул скупую слезу, — на нас смотрят люди… — Заклинаем, друг! Уходи! — дополняла всеобщий рев Иринка. — Мы все контроли пройдем! — Не трави душу! — Как жаль расставаться! — Это невыносимо! — Боль утраты… Ебейд, хлюпая носом, обнял всех, прощально пожал руки и, сгорбившись, поплелся на выход. Ему вслед грустно махали четверо зареванных из русского шоу. |