Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
Остался один Псих, который рьяно показывал, что не в состоянии больше терпеть. Он ждал этого ребенка всю жизнь, репетировал, как будет брать его на руки, и вообще пребывал в большей, чем остальные, ажитации. Наконец, за сценой послышались истеричные крики усатой «медсестры» и через секунд пять она сама семимильными шагами просайгачила на другой конец сцены, неприлично задирая волосатые ноги и сверкая мужскими трусами «неделька» с синими попугайчиками. Зрителям стало ясно, что за несчастной со вздыбившимися усами гонится кто-то страшный и ужасный… Время шло. Стасик еще раз поорал и, как бешеная антилопа, проскакал по сцене туда-сюда. Псих понял, что произошла накладка и жестами спросил «сестру»: «Что с вами, милейшая леди? Где опасность?». «Леди» ничего не оставалось, как поддержать игру Ашрафа, махая руками и тараща глаза и усы: «Там тако-о-ое! Снежный человек! Лох-Несское чудовище! Кинг-Конг!». В самый разгар немого разговора между «сестрой» и «папашей», когда Стасик изображал уже инопланетян с рогами и глазами набекрень, на сцену скромно выплыл Шланг: почти голый, не считая огромного, как спасательный круг, белого памперса на чреслах, шапочки с легкомысленными кружавчиками и пустышки в зубах. Ему казалось, что он буквально вылетел на сцену, стремительно бежит за своим «отцом»-Психом и радостно кричит ему «Батя!!!», но на самом деле, Шланг еле волочил свои длинные, худые ноги и, медленно перекатывая пустышку во рту из угла в угол, выл густым басом: — Пааааа…паааа! Пааааа…паааа! Псих и «медсестра», обнявшись, застыли с тревожными лицами… Зрители не могли уже хлопать эффектному появлению «малыша» и тряслись в агонии. Шланг доковылял до родителя и, отодвинув «сестру», полез целоваться с батей. Нервный Псих, завидя тянущиеся к нему губы наполовину индуса, «легонько» залепил Шлангу по наивному детскому рылу и, с трудом перекинув длинную фигуру через плечо, двинулся со сцены под прекрасную песню, зазвучавшую стараниями Клопа: — У-у, бейби, бейби, итс э уайлд ворлд…[27] Милка сползла под стул и уже беззвучно хихикала там. Лана закрыла лицо руками и хрюкала. Красная, как рак, Иринка плакала и не могла отдышаться. Только Нонна сидела, как истукан, не замечая повального хохота. Она видела одно: на сцену вышел Али… — Итак, дорогие друзья! В нашем шоу участвовали… Муди!!! Объявленный Клоп резво выскочил на сцену и скромно поклонился. — Ахмед!!! Стасик красиво сделал пару трюков из брейк-данса и тоже согнулся в поклоне. — Ашраф!!! Псих вылетел из-за так называемых кулис и эффектно проехался на коленях почти до зрителей, вызвав шквал аплодисментов. — Ахмед!!! ... Ахмед!!! ... Шланг, при его сегодняшних скоростях, переодеться не успел и вылез на сцену в прежнем костюме. Обычно, в конце представления он выходил на сцену с грацией гимнаста, передвигаясь в стойке на руках. Сегодня руки почему-то делали одно, ноги за ними не успевали и на дальнем краю сцены зрители увидели длинную, брыкающуюся обезьяну, пытающуюся достать хвост головой. Однажды она почти уже поцеловала себя в задницу, но это было только почти. Руки предательски подломились и Шланг изобразил банальный кувырок вперед, распластавшись как раз по середине сцены. Клоп, Псих и Стасик дружно подняли Шланга, застывшего в горизонтальной позе, и, синхронно махая свободной рукой, промаршировали за кулисы. |