Онлайн книга «Территория нелюбви»
|
«Я затаю надежду, что судьба всё равно приведёт меня к твоей двери…» — не сдаётся упёртый чертяка. Ага, и сразу возглавишь пеший отряд озабоченных путешественников… Сестрёнка, опомнись! Но Алекс, кажется, уже ничего не видит и не слышит вокруг, кроме треклятого хита, втянувшего её в состояние аффекта. Её танец — это дикое исступление… истерическая исповедь… Мне не по себе, но я не понимаю, как это остановить и чем помочь… Может, холодной водой её потушить? «Я держусь из последних сил, и мне некуда отступать…» — добивает мою сестру этот нытик. Когда ж ты допоёшь, сволочь?! Алекс неистово наращивает темп, а я с горечью и восторгом наблюдаю, как органично она влилась в этот рваный эмоциональный ритм… Сколько боли и страсти в каждом её движении… Сколько силы и жара в этом стремительном огненном вихре!.. И так мучительно видеть, как ломает мою сестру, и как сжигает её экстатическая агония. Я отстранённо слышу, как позади меня сдавленно всхлипывает Стешка… Как снова и снова повторяет свои мольбы раскаявшийся и сильно осипший грешник… Смотрю, как беспомощно вскидывает Алекс свои надломленные крылья и широко открывает рот в немом крике… И до скрежета стискиваю зубы, глядя как прекрасное лицо моей сильной и гордой Алекс заливают слёзы… Глава 12.1 Аика Апрель Весна выдалась невероятно тёплой и такой нервной — хоть домой не возвращайся. Но домой мне обязательно надо — ради Ричарда и Стефании. А причин волноваться за Стешку у меня вагон и ещё тележка. Погода в доме опасная — уже третий месяц штормит, и Стеф с её тонкой душевной организацией сильно укачивает. А причина всему — Алекс. И её гадский развод. Да — он, в конце концов, состоялся и тряхнуло нас всех. Да если бы я только могла подумать, что моя сестра превратится вот в ЭТО… да я бы Вадику, как дятел, отстукивала сигналы об опасности. Хотя, с другой стороны, эта верёвочка и не могла бы виться пять лет. Вадим прилетал дважды. В первый раз почти сразу же после инцидента. Не скажу, что я встретила его с распростёртыми объятиями, но перчить рану не стала. Алекс тогда казалась мне очень ранимой и потерянной, и я подумала — сдастся, не выдержит. Но она удивила — встретила мужа с улыбкой, без упрёков и весело процитировала: «Есть пары, созданные для любви, мы же были созданы для развода». И подала на развод. Я думала, Вадик умом тронется — никогда не видела его таким чокнутым. Ох, что он творил — и умолял, и клялся собственным агрегатом, что больше ни-ни — даже смотреть ни на кого не станет, все переписки забросит, все на хрен буквы забудет… И напивался, и угрожал, и снова просил прощения… И плакал у меня в машине, уткнув лицо мне в коленки, и просил помощи. А я правда хотела помочь и верить ему хотела… Но Алекс оставалась непреклонной. Неделю Вадик метался, как раненый зверь, а его жена лишь пожимала плечами — прошла, мол, любовь, что поделать… И Шекспиром его: «Привязанности нашей молодежи// Не в душах, а в концах ресниц, похоже». Это она в Бабаню! Я гордилась ею и злилась… Жалела Вадика, идиота, и ненавидела его за то, что он сделал и с собой, и с Алекс… Провожая Вадика в аэропорту, Стешка шмыгала носом, мама щебетала, что всё непременно наладится и они ещё будут смеяться, вспоминая эти эпизоды своей жизни… Рябинин, обняв сына за плечи, тихо бубнил какие-то напутствия. А мне… мне тоже очень хотелось улететь… Хоть куда-нибудь. |