Онлайн книга «Территория нелюбви»
|
— Но ведь ты тоже не думаешь о родителях, когда гоняешь без прав и удираешь от гайцов на бешеной скорости? — О чьих родителях? — усмехнулась Айка. — Да они только вздохнут с облегчением, случись со мной что. А ты у меня только что появился… Не-эт, трагедию не выносят на публику, я считаю, это вся дурь от безделья. Ну, слушай!.. Короче, какой-то мужик не выдержал и рванул к этой дуре, а она… — Айка повернула голову и посмотрела на Павла круглыми чернющими глазами, — а она прыгнула, пап… Нормальная? — Нет, — коротко ответил Павел, уносясь мыслями в ту осень… Лика никогда не была нормальной… Он даже не сразу осознал, что Айка назвала его папой, и некстати улыбнулся онемевшими губами. А Айка продолжила своё повествование: — Честно говоря, я думала — всё — трындец этой ныряльщице! Вода чёрная, ледяная… Смотришь с моста вниз — словно в пропасть! Люди все сразу разорались, тётки развизжались, а мой Кирилл выскочил из машины, скинул куртку с кроссовками и сиганул следом… Пап, у него не было времени на подумать, понимаешь?.. Он просто сделал это! Её Кирилл Андреевич… И её Пал Ильич… Прямо сказание о героях и антигероях. — Я понятия не имею, как он её нашёл в этом ледяном кошмаре, но вытащил живую! Представляешь? — Представляю, — бесстрастно отозвался Павел. Он вспоминал страдальческую улыбку Лики и её пылкое обещание повторить попытку. И свой ответ — чтобы в следующий раз среди свидетелей её безумства не нашлось таких же доблестных идиотов, как этот… Айкин герой, мать его! — О Кирилле Андреевиче потом по всем каналам говорили, а имя не назвали, потому он попросил. А я его понимаю! Я бы тоже не хотела, чтобы обо мне из каждого утюга трещали. Но я бы и не прыгнула за самоубийцей. Она будет в догонялки со смертью играть, а хорошие люди из-за неё жизнью рисковать! Вот ты бы прыгнул за чужой тёткой? — Я не знаю, — честно признался Павел и подумал, что за Ликой он точно не стал бы прыгать. Так вот кто твой герой, малышка?! Кирилл Ланевский, спасший жизнь дурной взбалмошной бабе и пожелавший остаться неизвестным. Но это только для широких масс, не для него. Охереть! Это ж полуторамиллионный город, а не дорога от сельпо до хаты… Как в нём может быть настолько тесно? — И что, потом ты влюбилась в героя? — поинтересовался он у Айки. — Нет, я же сказала, — она дёрнула плечиками, — просто Кирилл… он не такой, как другие. Я думала, что с ним мне не будет противно провести ночь… Но он оказался героем не моего романа. Впитывая откровения Айки, Павел с удивлением и грустью осознавал, как же мало он знает о своей дочери и сколько ещё неожиданных открытий принесёт ему эта девочка. Его дикая, прекрасная и непостижимая. Отвергающая обыденное, презирающая уныние и слабость, жаждущая свободы… Как же много в ней от него самого!.. И всё же, чем больше он узнаёт свою дочь, тем стремительнее теряет в цене его жёсткая и непоколебимая философия… Он наклонился и поцеловал девочку в макушку. — Поверь мне, маленькая, тебе не нужен герой на одну ночь… Твой настоящий герой тот, с которым ты захочешь провести всю жизнь. — Знаешь, пап, — Айка подтянула его ладонь и прижала к своей щеке, — да ну их всех на хрен! Теперь ведь у меня есть ты… — А у меня ты, — от волнения Павел перешёл на шёпот. |