Книга Сделано с любовью, страница 56 – Алиса Перова

* * *

Непредвиденная задержка и разбитое зеркало всё же меня разозлили. А злая я – очень голодная! Но мои любимые блинчики с начинкой непременно поправят настроение. Около «Ашана» их делают особенно вкусно. Зажав в ладонях пару ароматных конвертиков и истекая голодной слюной, я торопливо возвращаюсь к машине. Дождь, к счастью, прекратился, но на смену ему явился обещанный снегопад. Зима продолжается!

— Охо-хо! Наша великолепная воительница! – справа раздаётся знакомый рычащий бас. – Да как тебя… А-а, чёрт! Ниндзя!

Очень сложно не узнать этот голос, однако я не спешу поворачиваться. Танцующий терминатор Геныч – очень интересный экземпляр и классный боец, но обсуждать с ним мне нечего.

— Да стой ты! – он настигает меня рядом с моим танком и бесцеремонно разворачивает. – Я тебя зову-зову… О, а я тоже люблю эти блинчики! – Геныч смешно морщится от упавшей на нос гигантской снежинки и взмахивает огромными ручищами. – Ну и погодка, да?! А ты чего здесь?..

Простой, как блинчик без начинки. И так радостно улыбается, что трудно сдержать ответную улыбку. Но я справляюсь и окидываю его мощную фигуру какого-хрена-надо-взглядом. И попутно восхищаюсь разворотом плеч – наверняка даже сытая задница Алекс уместится.

— Ну ты что, как неродная, не помнишь меня?! Мы ж это… вроде как воевали вместе… А круто ты своими штучками-дрючками играешься! Я б не отказался ещё посмотреть… Покажешь?

— Как я играюсь дрючками? – невозмутимо уточняю.

— Я-а сейчас про нунчаки, – неожиданно смутился Геныч. – Ты ж это… прямо, как госпожа Фортуна ворвалась на поле боя! Да если б не ты…

Он смерил меня таким недоумённым взглядом, будто и сам никак не поймёт, какая от меня, малька, может быть польза. Мельком взглянул на мою машину и оживился:

— О, а это твоя, что ль, тачка? – Геныч по-хозяйски похлопал по капоту и, цепким взглядом выхватив покорёженное зеркало, ткнул в него пальцем. – Вот к чему приводят женщины… – строго посмотрел на меня и подытожил: – и девочки за рулём!

Я кивнула, считая бесполезным оспаривать это заявление, разблокировала машину и распахнула дверь.

— Подсадить? – участливо предложил Геныч.

— Спасибо, мальчик, справлюсь, – я вручила ему один блинчик и, запрыгнув на сиденье, попыталась захлопнуть дверь, но огромная пятерня не позволила.

— Ну ты чего, обиделась, что ли? Ты ж просто малышка ещё, вот я и… А хотя… – он почесал кулаком квадратную челюсть. – Я, собственно, что хотел-то!.. Там Кирюха пострадал малость в неравном бою… Ну ты ж помнишь! И мне тут подумалось, что он очень обрадуется, если ты его проведаешь. Он, кстати, вспоминал о тебе… Даже в бреду шептал твоё имя!

— Какое?

— Что?..

— Имя какое шептал? – мне с трудом удаётся сдержать смех. – Ниндзя?

— Не смешно! – нахмурился Геныч и пояснил, как неразумному ребёнку: – Любовь – это ответственность и компромисс! Ясно тебе? Ты вообще про любовь что-нибудь слыхала? Ты бы хоть объяснилась с Кирюхой, он же в непонятках. Любит тебя, ищет… – и снова этот удивлённый взгляд. – Ну? Я могу на тебя положиться?

— Даже облокачиваться не советую! – захлопываю дверь перед его носом и слышу недовольное рычание:

— Нехорошо так с ним поступать, его и так с тобой…

— Что – угораздило? – усмехаюсь и трогаюсь с места.

— Придавило… колесом Фортуны.