Книга Инопланетный жиголо, страница 132 – Влада Верезова

— Да, ей сдать зачет просто нереально! — внезапно прорвалась Лисовская. — Маленькое пятнышко на лист поставишь и все — она перечеркивает работу крест на крест красными чернилами. Только и остается — платить! А у меня только одна мать. У нее маленький бизнес. Где брать деньги? А у Радински аппетиты о-го-го, сами знаете, из каких она кругов. У нее одна сумочка стоит как авто…

— Ну что же, господа…

Я выключила видео, не в силах больше слушать эту подлейшую ложь.

Вот, значит, чем мне угрожал этот малолетний подонок. Решил лишить меня работы и доброго имени. А ведь мне сложно будет доказать обратное, учитывая положение в обществе, которое занимает этот гадкий мальчишка.

Я растянулась на диване и опять начала рассматривать свое отражение на потолке.

— Ну, значит, Ниса, ты больше не профессор и даже не преподаватель, — проговорила я в пространство с полным безразличием в голосе.

И правда, какая мне теперь разница. Все! Наступил предел. Полное опустошение. Моя жизнь с некоторого момента полностью попала в чужие руки. Мной манипулируют и вертят в разные стороны, как кому пожелается. Да и не была эта жизнь моею никогда. Мне только казалось, что я что-то решаю. Вот прямо сейчас до меня дошло. А почему, собственно, темой моей диссертации стала зорганская раса? А все потому, что мой папа мне ее посоветовал. Причем настойчиво. Я хотела взять гронианцев. Но меня, мягко обрабатывая, переубедили. Понятно теперь зачем? Мне же нужно было привыкать к внешнему виду своего будущего мужа, которого мне приобрел заботливый родитель.

Звонок телефона. Ноули. Снимаю трубку:

— Ниса, открой. Я у дверей пентхауса.

Я беру пульт и снимаю защиту.

Через пару минут в коридоре раздаются неспешные шаги моего аспиранта. Он появляется на пороге.

Руки в карманах. На лице довольное выражение. А я так и продолжаю лежать на диване. К чему церемонии, когда у нас уже ТАКИЕ отношения.

— Зачем ты это сделал? Это твоя месть? — спрашиваю никаким тоном.

— Нет, дорогая, это — мой ход. Я тебя предупреждал. И ты могла не доводить ситуацию до кризиса.

Я смотрю на него с равнодушием и молчу.

— И если ты сейчас скажешь мне заветное «да», то я выступлю с публичным опровержением. Заявлю, что эту грязную ложь я вылил тебе на зло, из мести, как отвергнутый ухажер. Одним словом, залью грязью себя. Мне без разницы. Это даже будет плюсиком к моей мужской репутации. Мол, парень пошел на отчаянные меры из-за неразделенной любви. Как тебе? Наша пара потом еще долго будет мелькать в таблоидах, как самая романтичная.

Я усмехнулась на его беспредельный цинизм и самоуверенность. Он еще на что-то надеется. Да мне все равно теперь. Пусть делает, что хочет. Все равно заветное «да» этот ублюдок от меня никогда не услышит.

— Ну ты и мерзавец, — решила я все же высказать свое мнение, но безэмоционально, очень даже сухо, просто как факт.

— Зато весь твой. Причем до гроба, — ответил он мне с наглой самодовольной улыбкой.

Опять раздался звонок телефона.

На экране высветилась Мира, и я сняла трубку:

— Ниса! Ты это видела?

— Да. Я, оказывается, взяточница…

— Да это все фигня. Я тебе скинула ссылку на «Стрелу». Там такое! Ты в обморок упадешь! Жесть! Жди! Я к тебе лечу. Буду минут через сорок.

И она отключилась. Я прошла по ссылке. Там опять тот же журналист, но с округленными от потрясения глазами. Он сообщал, дрожа от восторга: