Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3, страница 163 – Валентина Зайцева

— Твое безумие вовсе не в хладнокровии или ледяном сердце! — я окончательно потеряла самообладание и гневно нахмурилась. — Это... это должно было стать изящным таинством для двоих. Зачем нужно было намеренно осквернять всё на глазах у семейства Августов?

Каллум вскинул голову, его чёрные глаза опасно сузились. Спустя долгую, звенящую паузу он тихо переспросил: — О, значит, осквернять?

— А разве нет? — я раздражённо дунула на упавшую на глаза непослушную прядь волос, окончательно на него разозлившись. — Маленький безумец.

Каллуму явно польстило это прозвище. Впрочем, он и впрямь был совершенно, абсолютно безумен.

— Не торопись, Элара. У меня в запасе ещё множество способов поиграть с тобой, — его смех прозвучал дико, разнузданно и свободно. — А когда я окончательно «наиграюсь», я просто вышвырну тебя вон из своей резиденции. Если будешь послушной и покорной, возможно, ты ещё даже успеешь обменяться брачными клятвами со своим ненаглядным Адрианом Августом.

Он произнёс эти жестокие слова, отчаянно пытаясь уколоть и ранить меня, но стоило ему самому упомянуть «брачные клятвы с Адрианом», как его собственные челюсти судорожно сжались, а сам он яростно заскрежетал зубами от неконтролируемой, удушающей и болезненной ревности, которую не мог скрыть.

Видя этот его невыносимый, сочащийся ядом рот, я не выдержала. Я просто схватила со стола кусочек пирожного и со всей силы затолкнула его прямо в его несносный, злословный рот, затыкая этого безумца.

Адриан Август

Землю укутал плотный белый саван. Весь мир погрузился в оглушительную тишину, и величественный Остерхольд замер в своём безмолвии. Снежные хлопья медленно опускались на пустынную улицу, укрывая холодную мостовую. Мы с Маркусом ехали верхом, но неторопливый, размеренный шаг наших лошадей лишь подчёркивал то удушающее, грозовое напряжение, что повисло между нами после визита в резиденцию Седьмого Принца.

— Брат, неужели ты не остановишься? — я наконец натянул поводья, заставляя своего коня замедлить ход. В моей душе бушевала отчаянная, мучительная борьба, а перед глазами всё ещё стоял издевательский силуэт Каллума Рейна, скрытый за шёлковой завесой.

Маркус даже не повернул головы, его голос прозвучал пугающе ровно и бесстрастно: — Твоя натура слишком чиста, Адриан, и ты ещё не испытал истинных жизненных невзгод. Ты наивно полагаешь, будто можно просто отойти в сторону и переждать бурю. Но ты не знаешь главного: стоит лишь раз волею судеб ступить в липкую паутину придворной политики, и выбраться из неё живым уже невозможно.

— Во все времена коварные и беспринципные чиновники плели свои заговоры, прикрываясь интересами государства! — воскликнул я, и мой лунно-белый плащ взметнулся от резкого движения руки. — Но твоя тайная связь с евнухом Северусом — это не просто опасная игра, Маркус. Это форменное самоубийство! Я больше не могу безмолвно на это смотреть. Я обо всём расскажу дедушке. Уж старик точно найдёт выход из этого тупика и спасёт честь нашей семьи.

Маркус резко рванул поводья. Его породистый конь замер как вкопанный, взметнув копытами снежную пыль. Старший брат медленно повернулся ко мне, и его лицо, обычно такое мягкое, сдержанное и спокойное, сейчас казалось зловещим и тёмным, словно его высекли из мрачного гранита.