Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 4, страница 138 – Валентина Зайцева

Госпожа Алаира, его покойная мать, в своё время тоже не отличалась к нему мягкостью, но я никогда не слышала от Каллума слов ненависти в её адрес — лишь глухое, леденящее душу равнодушие. Он слишком хорошо понимал, что истинным источником всего того зла и боли, через которые ему пришлось пройти, был именно человек, восседавший на троне Остерии.

И всё же, раз уж правитель Остерии только что испустил дух, я посчитала, что ради приличия мне стоит носить чёрное. Вовсе не из глупой преданности тирану, а ради самого Каллума, чтобы не привлекать к нашему дому лишнее внимание эксцентричным поведением. Сейчас, когда трон пустовал, Империя находилась на пороге великой смуты.

— Когда мы отправимся во дворец? — мягко спросила я, доверчиво уткнувшись лбом в его крепкое плечо.

— В Элизийском дворце сейчас слишком смердит гнилью и грязью. Мы подождём, пока эту падаль заколотят в гроб, — Каллум лениво перебирал мои прохладные пряди, говоря о смерти отца как о пустяке. — Прошлой ночью старик до последнего пытался состряпать тайный указ о престолонаследии, но, какая жалость, я сжёг его прямо у него на глазах... Ха, Элли, тебе следовало видеть его лицо в тот миг. Он так захлёбывался от ярости, что у него едва глаза кровью не закипели.

Каллум из моей прошлой жизни был куда более безумным, жестоким и экстремальным, поэтому нынешние его откровения меня ничуть не испугали. Старый Император совершил бесчисленное множество зверств, умело прикрываясь маской добродетельного правителя, — он получил лишь то, что действительно заслужил.

Я тихо угукнула, соглашаясь, а затем чуть лукаво заглянула мужу в глаза: — Раз уж никакого указа не осталось, что мой супруг намерен делать дальше?

Я крайне редко называла его «супругом», и когда это срывалось с моих губ, интонация выходила дразнящей, чарующей, утягивающей за собой, словно невидимый шёлковый крючок.

Рука Каллума, гладившая мои волосы, на мгновение замерла.

Спустя секунду он собственнически сжал мою чувствительную шею сзади, заставляя полностью повернуться к нему лицом.

— Элли, ты хотела бы стать Императрицей и править Остерией? — спросил он, и на его губах заиграла слабая улыбка, а в глубине тёмных глаз смешались пугающий, искрящийся всполох безумия и безграничная нежность. — Если моя девочка пожелает этого, я возложу всю Империю к её ногам.

От этих шокирующих слов у меня перехватило дыхание.

Я едва не подпрыгнула от испуга — мне, человеку, никогда не имевшему великих амбиций, этот маленький безумец прямо сейчас предлагал забрать себе бразды правления огромным государством. На миг мне даже показалось, что Каллум просто оговорился или решил так изощрённо пошутить.

Но, всмотревшись в его сосредоточенное лицо, я осознала: он абсолютно серьёзен.

В памяти мгновенно всплыл вечер перед нашей свадьбой в резиденции Валериусов. Тогда, после того как он вывел пером любовные строки на моей пояснице, он с тем же леденящим равнодушием спросил меня: «Хочешь править Империей?»

В тот раз я решила, что ослышалась, посчитав, что он имел в виду: «Хочешь, чтобы я стал Императором?»

О Боги. Теперь я понимала, что Каллум тогда ни капли не оговорился!

Дико, немыслимо, абсурдно. Но решиться на столь чудовищный, дерзкий поступок наперекор всему миру — о, это было абсолютно в духе моего безумца.